Вандал (сборник)

Молодой человек улыбнулся: ага, Антония и Клеопатру она знает, значит, помнит и знаменитый фильм…

– Все же как играла Элизабет Тейлор! Да и вообще, в те времена умели снимать настоящее кино…

Как «кино» по латыни, Александр не знал, подозревал только, что вообще – никак, потому сказал по-русски. Особого внимания на его слова женщина не обратила, лишь пригубила вино. Рубиновые капли упали на грудь – Саша тут же высушил их губами.

Женщина вновь напряглась, томно смежив веки.

– Может быть, поставим какую-нибудь музыку? – переходя к любовным ласкам, прошептал молодой человек.

 – «Энигму» там, Черроне…

– Музыка? Ты хочешь, чтоб я кликнула музыкантш и певуний?

– Нет-нет, достаточно просто си-ди…

И снова Феодосия не обратила никакого внимания на слова Саши. Лишь, тяжело задышав, прижалась к любовнику грудью:

– Ах, друг мой… Какой ты неутомимый… ах…

Как же ее разговорить-то, черт побери?

И снова ухмылялись наяды, сатиры, помахивая хвостами, завистливо скалили зубы, и женщина – красавица-сектантка с явно промытыми мозгами, обворожительно-чувственная сильфида эротических грез – стонала, в наслаждении закатывая сияющие сапфиры очей.

– Расскажи мне про свою страну, – отпив вина, тихо попросил Александр. – Какой город тебе больше нравится? Карфаген?

– Карфаген, да, – Феодосия улыбнулась. – А еще – Триполитания, я же родом оттуда. Отец торговал пшеницей, у него было шесть зерновозов, представляешь, целых шесть «круглых» торговых кораблей!

– Да, он был богат, твой отец.

– А потом все пошло прахом – нападения пиратов, долги и все такое прочее.

– Пираты? Он что же, торговал где-то в районе Сомали?

– И тут подвернулся этот Гай Нумиций, всадник. Он тогда командовал отрядом варваров, прибыл на помощь, подавлять бунт диких племен пустыни. Предложил мне руку и сердце… – Феодосия закусила губу, едва не до крови, и, тяжело вздохнув, продолжала: – Я его не любила, нет… И сейчас не люблю.

Но это все же лучше, чем уйти в монастырь. Супруга аристократа… Эх, если б не эти проклятые времена! Многие надеются, что империю… да хотя бы провинции… спасет свежая кровь – варвары: аланы, свевы, вандалы… Клянусь посохом Святого Петра, я в это не очень верю. Да, империя притягательна для всех, варварские народы хотят жить в империи, хотят жить, как живут в империи, хотят сами быть империей! И это им удастся.