Антонов. Последний пожар

Они прошли к лошадям, дали им сена, а затем уселись на лавочку.

– Как живёшь, Ваня? – щурясь от заходящего солнышка, спросил Александр.

– Не хуже людей живу, а некоторых и получше будет, – ответил Ишин, затягиваясь папиросой. – Только тоскливо стало.

– Что так?

– А ты разве не понимаешь? Власть у нас на селе комбеды взяли. Теперь против них слова не скажи. Чуть что – сразу в ЧК тащат. Уже два раза арестовывали. Спасибо вот, Заев выручает, а то бы давно пропал.

– Говорил он мне.

Пока у большевиков сила, Ваня. Меня тоже в Кирсанове жмут. Поликарпов всё крутится, вынюхивает, сволочь, – зло выругался Антонов.

– К нам тоже один зачастил из Инжавинской ЧК, Покалюхин Мишка. Учителка у него в Калугино, зазноба. Мутит народ, гад. С большевиками песни поёт, а богатых селян притесняет. В прошлый раз при аресте меня прикладом двинул, до сих пор челюсть болит, – потёр щеку от воспоминаний Ишин.

– Ничего, Ваня. Ты запоминай. В нашем ЦК сказывали, что скоро поднимутся.

Пора власть в свои руки нам брать. Заплатят коммуняки за всё, – твёрдо сказал Антонов.

Поговорив ещё немного, они вернулись в дом, где дым шёл коромыслом. Брат Грача развернул гармошку, и началась пляска. Стены и мебель ходили ходуном. Успокоились друзья под утро, в одежде повалившись спать на приготовленные Авдотьей постели.

На следующий день, поправив здоровье внушительной порцией самогона, они разъехались по своим местам выполнять указания Антонова.

А через несколько дней большая партия оружия была спрятана в укромных уголках Инжавинского края. Антонов подготовил значительный арсенал и, как вскоре оказалось, не напрасно. Он прозорливо видел далеко вперёд.

10

Постепенно над партией эсеров в России стали сгущаться тучи. Большевики, придя к власти, запретили все партии, которые помогали им на начальном этапе борьбы. Сначала со всех руководящих постов сместили Московских эсеров, многие из которых были арестованы и расстреляны.

Затем черёд установления диктатуры большевиков докатился и до губерний. И если население индустриальных губерний симпатизировало большевикам, то Тамбовская губерния являлась аграрной и большинство голосов в губернском и уездных советах было у эсеров. Зная о разгроме своей партии в Москве, Тамбовские эсеры в июне одна тысяча девятьсот восемнадцатого года совершили переворот и арестовали коммунистическое руководство Тамбова.