Новая Орда

Сидели гости чинно – потягивали себе пивко да о чем-то неспешно сговаривались – и чего им на своем дворе не сиделось? Скучно, наверное, стало – каждый-то день одни и те же рожи видеть, вот и пошли, прогулялись, да завернули в корчму – а там артельщики: лодочники, перевозчики, рыбаки.

Морды вот вознамерились бить. Немцам. Оглоедина вроде б и спросил-то шутя, ан нет – другой отозвался на полном серьезе:

– Немцев вчерась угощали. Неможно ж каждый-то день.

– А кого другого-то? – осмотревшись, резонно возразил оглоед. – Хозяину только рази начистить рыло? Эй! Корчма! Чего пиво теплое?

– Уймись, Лутонюшко, – сосед положил орясине руку на плечо. – То не пиво, сбитень слуга корчемный принес – я просил.

– Ну, сбитень так сбитень, – Лутоня покладисто согласился, отпил… и, скривившись, заорал еще громче: – Эй, корчма! Пошто сбитень холодный принес? Совсем нас не уважает, а, парни? И не идет, вот ведь, голова коровья, небось где-то спрятался.

А мы поищем! Ишь ты, чего удумал – пивом те… холодным сбитнем честных людей угощать! Да ладно бы кого пришлых, так ведь своих, новгородских.

Тут совсем бы плохо пришлось и самому корчемщику, и слугам его, а возможно, и самим драчунам-артельщикам – вдруг бы корчемные успели своих, уличанских, на помощь позвать или, пуще того, стражу кликнуть? Никому б хорошо не было, да вот Бог нынче миловал – других гостюшек в корчму заслал.

Скрипнула дверь, отворилася – и завалило с улицы с полдюжины молодых мужиков, по виду – не из слабых. Вот то и славно!

Лутоня плечами повел, потер руки:

– А ну-кось! Это кто еще у нас тут шастает? Откель? – Ухмыльнулся, подмигнул своим: – Пойду, познакомлюсь.

Артельщики переглянулись и дружно кивнули – а чего ж? Теперь уж есть кому бока намять – парни не хилые, за себя постоять могут…

– Ты, Лутоша, пасись – вдруг да у них ножи?

Детинушка отмахнулся:

– Чай, и у нас кистеньки найдутся.

Новоявленные гости между тем подозвали корчемного слугу, заказав для начала кувшин стоялого медку и пирогов с сигом… отчего подошедший Лутоня аж затрясся!

– Стоялые меды заказываем, тли? На нашем конце, ни с кем не деляся?

– Отвянь! – не оборачиваясь, рыкнул один из чужих.