Жена художника

Приходила врач, но ничем не могла помочь, кроме уколов анальгина. А мы грели песок, кирпич, и все это прикладывали к пояснице. К весне маму отпустило, начала вставать и пошла на работу. Как мы жили это время, как питались, не помню. Спасала картошка, и что-то покупали в магазине на карточки.

7. Школьные годы

Когда я училась в 10 классе, Лиля, моя единственная сестра, – во 2-м. Она была рослая, сильная, всегда меня поддерживала, выручала, когда надо было что-то поднести тяжелое. У меня было мало сил.

Наверное, сказалось, что с 12 лет я тяжело работала в колхозе: вязала снопы, копала картошку. Мой рост задержался и был всего 1 метр 57 сантиметров.

Мы часто вспоминали Кировку, как родное село, ведь мы туда приехали в 1940 году, перед войной. Село, в отличие от Ярославской области, было очень чистое, домики ухоженные, побеленные. Здесь было много переселенцев из Украины, они всегда свои дома белили. Селяне тогда жили лучше. В магазине что-то было – мне купили для школы платье кашемировое и Лиле тоже.

Я долго его носила, все расшивала, удлиняла.

А в 41 году все в магазине исчезло. Мы весной посадили в огороде картошку, кукурузу, огурцы, помидоры. Всходы были хорошие. Шла война. Мы очень боялись китайцев и японцев, что они нападут на нас. Но этого не случилось.

И началась другая жизнь во время войны, трудная, страшная, но мы жили очень дружно. Я до сих пор помню детдомовских ребят, с которыми мы дружили. В селе был большой детдом, и все дети учились в нашей школе.

В свободные дни мы забирали своих одноклассников из детдома и уходили за село, разводили костер, жарили картошку и кусочки хлеба. С удовольствием уплетали эту пищу. Остатки заворачивали в листья лопухов и передавали маленьким детям в детдом.

В 1944 году многих наших друзей из детдома взяли в ФЗО – фабрично-заводскую школу (они были старше нас), ибо у них не было возможности после школы идти в институт.

Это время, несмотря на скудность питания и одежды, вспоминается как светлое и радостное.

Было огромное желание учиться, познавать. Мы много читали, ведь других развлечений не было. Нам доступны были Толстой, Чехов, Достоевский, Гоголь, интересовались иностранной литературой – Мопассаном, Гюго, Джеком Лондоном.

Мне нравилась больше всего математика, а вот английский не любила, как ни старалась, результат был средний. «Хорошо» получала за усидчивость. В Уссурийске училась по всем предметам на отлично, учителя меня хвалили.