Половецкие войны

Только когда он испустил дух, когда один из степняков не выдержал и полоснул саблей по голове пресвитера, вырвали усыпанный алмазными каменьями крест из его рук, разжав окоченевшие пальцы. Грязно ругаясь, Кчий спрятал крест за пазуху.

Пламя пожаров быстро подбиралось к Третьяку, где посреди зелени садов располагались хоромы многих именитых бояр.

Боярин Славомир в страхе выскочил во двор, спеша укрыться в погребе, но навстречу ему уже вихрем летел отряд обезумевших от крови половцев во главе с самим Арсланапой.

Солтан соскочил с коня, взбежал на крутое крыльцо и настежь распахнул дверь терема. Скрежеща зубами в предвкушении богатой добычи, половцы бросились в боярские хоромы. Двое втащили в горницу пойманного посреди двора трясущегося от ужаса Славомира и швырнули его к ногам Арсланапы.

– Куда ты хотел убежать, боярин?! – грозно сдвинув тонкие брови, спросил солтан.

Славомир, задыхаясь от волнения, не мог выговорить ни слова.

– Отвечай, скотина! – Арсланапа ударил его нагайкой по лицу.

– Спужался… Аз… А князь Ольг где? – пробормотал Славомир.

– Зачем хотел убежать, если ты нам друг? Врёшь, всё врёшь! Убейте эту собаку! – прохрипел в ярости Арсланапа.

– Нет, нет! Прости, хан! Не убивай! – истошно завопил боярин.

Рослый половец схватил его за высокий ворот кафтана и потащил в сени. Через несколько мгновений до ушей Арсланапы донёсся слабый вскрик.

Голодные половцы набросились на выставленные в горнице на столах кушанья и с ожесточением вгрызались зубами в мясные туши.

Рядом на полу плавали в собственной крови посеченные Славомировы челядинцы. Боярские дочери, визжа от страха, устремились наверх, в свои светёлки. Младшая, Ольга, споткнулась о ступеньку. Арсланапа коршуном налетел на неё сзади, ухватил за русую косу, повалил на пол.

– Рабой моей станешь, уруска! – прохрипел он, вожделенно вращая воспалёнными красными глазами.

Ольга закричала от ужаса, не в силах смотреть на страшную рожу и сносить отвратительный смрад, исходящий от немытого тела.

Дыша кумысным перегаром, Арсланапа выволок её во двор.

…Несколько часов бесчинствовали половцы в черниговском околоградье. С трудом Олегу удалось уговорить степняков прекратить грабежи и резню. Городской посад, ещё недавно цветущий и утопающий в зелени, превращён был в руины. На горе, в детинце сиротливо возвышались собор Спаса с почерневшей от огня колокольней да соединённый с ним галереей княжеский терем.