Попутчица

Мы с Лоей принадлежали к расе квенгов, представители которой проживали на сотнях планет. Правда, в последнее время квенги начали терять свое ведущее значение, а их количество сократилось.

Диг, когда я заявил ему о согласии принять предложение, на лице не проявил каких-либо чувств, только в глазах у него проскочили, как мне тогда показалось, веселые огоньки. Посмотрев чуть мимо меня, Диг сказал:

– Надо, чтобы ты подготовил информацию о том, как адаптировался в тренажерном зале к новым условиям.

Какой уровень проверки прошел?

– Третий, – с неохотой признался я.

Всего уровней было двенадцать. По-хорошему, мне надо было полгода пыхтеть, привыкая к новым условиям. Сходство, когда вокруг тебя устанавливалось изображение, до мельчайших подробностей отображающее положение дел на той или иной планете с особенностями рельефа и гравитации, всех видов полей, было максимальное.

– Третий, – вздохнул Диг, нахмурился и, когда я думал, что Диг мне откажет, сказав заняться подготовкой, глава академии вынес вердикт: – Этого, я думаю, будет достаточно.

С остальным разберешься на месте.

Ответ Дига означал одно: меня берет к себе Кирг. Раньше меня бы такое решение порадовало бы. Тогда я несколько удивился. Странно было, что так легко я получил место, считавшееся среди выпускников более чем престижным.

Сектор Идай, в него входило в общей сложности порядка десяти тысяч звезд с планетами, вращающимися вокруг них, был заповедным местом, Меккой и территорией обетованной, выражаясь земным языком, для тысяч исследователей этого заповедника жизни.

Вот только в этом заповеднике все чаще происходили случаи, которые не вписывались в какие-либо рамки и каноны. Объяснения многим аномалиям не было. Догадки, конечно, высказывались, строились гипотезы, даже частично подтверждавшиеся, но истинный смысл происходящего все равно во многом оставался скрыт.

В новостных сводах часто транслировалась информация о положении дел на многих планетах в секторе Идай.

Я с удовольствием и интересом смотрел передачи об исследованиях тамошних планет, об их природе, нравах и обычаях местных жителей. Рассказы исследователей открывали передо мной широкую картину происходящего, но то, что я увидел на месте, мало сочеталось с привычными для моего взора картинками. Действительность, это я понял сразу по прибытию, была несколько иной. Об этом не говорили, сохраняя некую завесу тайны.