Невеста ледяного дракона

Для масла, конечно, но если со всей силы засадить в глаз…

– Араэн, первый дракон Белого Алебастра, действующий глава Белого клана, – учтиво представился мужчина, а потом зачем-то взялся за верхнюю пуговицу на рубашке. Или это пиджак? Ткань вроде плотная, но… Стоп! Какого лешего он раздевается?!

– Ты что творишь?! – опешила я, украдкой нащупывая свободной рукой вилку.

И плевать уже, игры разума это или нет. Трогать меня ни реальным, ни воображаемым мужикам не позволю.

– Раздеваюсь, – преспокойно пояснил глава клана, картеля, или что там он себе возомнил.

 – Я же не могу осеменить тебя в одежде! Даумра должна была тебе все рассказать, – и он, отбросив верхнюю часть своего наряда, принялся за штаны.

Чего?! Осеме… Чего??? Так вот, значит, о чем толковала эта дурная баба! Семя, говорите? Всходы? Нет, ну я тоже хороша. Садоводство! Тупица непроходимая! Надо было сразу догадаться, что девушек в спальне запирают не для того, чтобы цветники разводить!

– Нет, – я покрепче сжала вилку за спиной.

– Нет? – мужчина так удивился, что замер с расстегнутой ширинкой.

Скажите на милость, какая неожиданность! А на что он, интересно, надеялся? Как, по его мнению, я должна была поступить, узнав, что мне собираются заделать бэбика? Думал, я скажу: «Ну, раз надо – так надо!» – и радостно запрыгну в постель? По ходу, не одна я тут свихнулась.

– Этого не будет, – я старалась говорить размеренно и спокойно, чтобы не спровоцировать психа на насилие, но внутри уже выкипали остатки терпения.

– Тебя для этого сюда и вызвали! – он направился ко мне. Штаны еще держались на бедрах, но одно лишнее движение…

Я нервно сглотнула и попятилась. Уперлась спиной в холодную стену. Черт! Зажмурилась. Это все нереально! Это твой мозг, твое подсознание. Очнись, наконец!

– Я буду нежен. – Горячие мужские пальцы коснулись моей скулы, очертя дорожку вниз, к ключицам. – Это большая честь, девочка моя. Ты родишь мне наследника. Будущего правителя. И за это я одарю тебя всем.

Его дыхание щекотало мне шею, и я заставила себя открыть глаза.

Мужчина склонился надо мной. Его расширенные зрачки и полуулыбка предвкушения явственно говорили о том, что одарить он планирует прежде всего самого себя.

– Ты сможешь провести остаток дней в прекрасном поместье. Будешь делать все, что захочешь, – он заправил мне за ухо выбившуюся прядь волос. – За исключением одно.

– Чего? – спросила не столько из любопытства, сколько усыпляя его бдительность.