Записки онкобольного

Сказал мне: «Тебе будут нужны деньги на обследования и на реабилитацию, если опухоль окажется злокачественной. Если можешь делать работу на дому, то лучше пока поработай так. Зарплату будем платить полностью».

Скоро я понял, насколько это было правильно и достойно с его стороны. Деньги полетели как ветер. Почти всё, что откладывал на ремонт квартиры, ушло на обследования и анализы, и полноценная зарплата оказалась спасительным кругом.

Состояние ухудшалось. В какой-то момент слабость меня одолела до такой степени, что трудно было даже голову держать ровно.

Всего скручивало от боли и бессилия. Сообщил об этом в больницу и на работу. В больнице объяснили, что надо дотерпеть до госпитализации, иначе придется сначала лечь на операцию в обычной больнице, где удалят нарыв, и только потом ложиться в онкологический центр. А это время, которое сейчас нельзя терять. В их центре нет приема со скорой помощи, а нарыв и интоксикация в сфере обычной медицины. На работе же решили выписать мне перед госпитализацией отпуск и выдать отпускные. Отпуск мне дали с 13 июня, и в тот же день из онкоцентра сообщили, что освободилось место в отделении. Дотерпел!

Все предыдущие дни я жил в ожидании дня госпитализации, 14 июня станет этим самым днем. Это уже точно. До этого я старался поменьше обо всем этом думать, отвлекался как мог. Смотрел футбол, «Формулу-1», читал «Твиттер» и форумы, пытался дописать рассказ и пил успокоительное. И вот теперь время пришло, завтра в больницу. Сказать, что меня всего колотит от нервов, – это значит ничего не сказать.

Нервы на пределе и за его пределами. Я – живой человек, и ничто человеческое мне не чуждо. Да, могу признаться: мне чертовски страшно. До самой глубины души. И операции боюсь до жути, и химии, которую могут назначить.

14 июня

Сегодня меня положили в абдоминальное отделение онкоцентра. Сегодня же я начал писать эти записки. Всё, что было до этого дня, писал по памяти, – теперь записи пойдут в режиме реального времени.

Если буду в состоянии писать, конечно.

Назначили лечащего врача, дважды успел с ним поговорить. Вторая беседа была по моей инициативе. Не ожидал, что разговор состоится сегодня, так как в палате оказался уже под вечер. С ходу мало что смог вспомнить во время опроса и решил, что надо поговорить еще раз. У меня был подготовлен файлик на телефоне, в котором записывал всё, что за последние недели вспомнил о том, когда и как появились нехорошие признаки.