Письма к козьему богу. Ковчег

Уже направляюсь к кассе, как вдруг меня просит неприметная на вид женщина за сорок в очках.

– Вон оттуда сверху, подайте мне пожалуйста, Pampers. Высоко, не достану.

Этими штучками меня не раз «угощали» в мариупольских универмагах. Сними, подай, дальше ты внезапно превращаешься в лежачий труп. У нас дома сотрудницы «Ночного дозора» прикидывались глухонемыми. Тыкали пальцем в спину. Подай журнал «Отдохни». Подал. Три дня «отдыхал». Контактное колдовство для лохов в чистом виде.

– Вон у прилавка стоит мальчик, он здесь работает, его обязанность, попросите, он вам снимет.

Та замерла, переваривая информацию. Остановился, мне стало интересно, на какой стадии застряло ее колдовство и что она будет делать? После моих слов «серая птичка» мгновенно потеряла интерес к подгузникам и как ни в чем не бывало направилась к кассе.

Прошло дней десять. Из этого же магазина возвращаюсь домой. Внезапно мочевой пузырь стало рвать на части. А укромного места нет в помине. Дошел до развилки. Еще метров сто и фабричная стена.

Но напал невообразимый ложный стыд. Вдруг увидят, разнесут по поселку – этот отливал на русскую землю. Прошла еще пара минут и по ногам потекла теплая струйка.

– Ну и тварь! Приделала все-таки Pampers.

Домой пришел весь мокрый. Рассказал матери. Та в ужасе. В Мариуполе и то не смогли так сделать. Сделала какая-то поселковая ведьма. Очертания ямы стали приобретать знакомый до боли вид. Двадцать лет назад в этих краях не было никого, кто мог бы сносно колдовать. Теперь есть.

Народ постепенно загнали в угол, отобрав право «быть», оставив только «существовать». Это и стало побудительной причиной для многих искать власть над властью властей предержащих. Взять ее из лап бесов в свои руки, упиться всемогуществом, скрутить обидчика в бараний рог. Тотальный контроль и слежка породили появление целого класса таких людей в российской глубинке. Чем больше фактических прав и свобод забирало у своих граждан государство, тем больше людей обращались к магии. Это стало одной из форм скрытого протеста и сопротивления режиму в России.

Ведь статей в уголовном кодексе России за практику чернокнижия нет и не будет никогда.

Мне все это было хорошо известно по Мариуполю. Как можно посадить за разрыв аорты роженицы тридцати девяти лет чью-то озверевшую женушку, реально заказавшую конкурентку? Никак! Но той нет и ребенок ее мертв. Пятиминутный фонтан крови так просто не остановить. Не уводи, сучка, чужого мужа, у него своих двое.