Письма к козьему богу. Ковчег

Не было бы никакого «клироса». Но, потрясенные войной, мы не о чем не думали. И это сыграло злую шутку. Нам и в голову не могло прийти, что приехали мы не в Россию, а в очередную зловонную ямищу, которую нарыл мне мой духовник за девятнадцать лет, пока меня не было в Лобово.

Пришлось замолчать и впрягаться в совершенно новое для меня дело. Чем дальше я втягивался в церковные службы, тем больше искушений стало падать мне на голову. Первыми лукавый мобилизовал собак, мирно лежащих на дороге к церкви. От моего «пения» и чтения на клиросе псы потеряли покой.

Они стали бросаться, словно никогда до этого меня не видели. Окружали кольцом и пытались вцепиться. Вынимаешь крест и начинаешь читать молитвы, но это не помогает быстро, время идет и ты переходишь в крик и срываешь голос. А дальше с больным горлом после собачьего ужаса идешь на службу.

У местных жителей мои действия вызвали только раздражение. Даже ненависть.

– Чего размахался, – увидев крест в моей руке, зашипел старый дед.

Зоя однажды принесла на службу фонарик.

– От собак. Разбегаются. Электронным магазином заказала.

Поглядел и понял. Она мучилась от того же, пока не купила легковушку. А меня собаки не оставили в покое. На первое мая 2015 года одна немилая бестия порвала мне штанину и прокусила коленку. До матери дело не дошло. Она завизжала так, что сука ее не тронула. Измученный собаками, написал заявление в милицию. Но оно не помогло. Надо мной просто смеялись, прислав отписку их райисполкома Ямы. Потешались до невозможности.

Эти нападения будут только усиливаться временами, когда службы, уборку и топку печи в храме полностью переложат на меня одного.

В двадцатом без колбасы стало лучше не выходить. Когда ее брал, собаки словно испарялись или не обращали на меня никакого внимания. Перед Троицей пришлось всю неделю убирать в храме. В запарке забыл ключи от дома, мать ушла в магазин. Развернулся и побежал за ней. Тут-то и началось. Белая собака кинулась на меня, как будто знала – я без «колбасного оружия». Полчаса она меня гоняла.

Не помог ни хозяин с молотком, ни дети. Она вырывалась и снова бросалась на меня. Домой я пришел охрипший, с сорванным голосом, а на утро родительская поминальная суббота. Служба в один голос. Молитвы при таком попущении не помогают. «И молитва моя в недро мое возвратится». Ешь наши подарки до смерти, тварь поганая. Аминь.

Затем мобилизация дошла и до местных ведьм. В начале октября 2014 года меня с утра понесло в «Магнит», намечались какие-то акции.