Свободнорожденные или утверждающие силу

– У него что-то серьезное?

– Маги – это всегда серьезно. Ты вовремя позвал меня, могли быть непредсказуемые последствия. Пару деньков полежит и выздоровеет, будет бегать не хуже, чем ранее. Мой тебе совет, – после небольшой паузы тихим мелодичным голосом произнес Эл Корн. – Тебе надо будет определить сына в школу, где ведущий учитель Зиагаард. Из всех наших учителей на землях свободнорожденных только он один в полном объеме сможет помочь Эдвину.

– Это лучшая школа во всей Верхней Эльклее. Туда непросто попасть.

Я и сам думал определить в нее сына. Старшие учителя школы могут не принять Эда. В нее отбираются лучшие ученики со всех наших земель, и там большая конкуренция.

– Я поговорю с Зиагаардом. Он не откажет. Ты тоже можешь с ним побеседовать. Он выслушает тебя, если свободен.

– Зиагаард всегда занят, так что поговори с ним сам. Я не люблю навязываться. Сын мне дорог. Он – мое будущее.

– Я знаю, Эг, и сделаю все, что нужно.

– Ты что-то знаешь еще о сыне?

Эл Корн усмехнулся.

– Знаю. Твой сын связан с Зиагаардом в прошлом и не просто так пришел сюда. Предыдущее воплощение твоего сына было просветленной и ведущей личностью, его знали многие. Эд пришел закончить начатое. Еще, он храним судьбою. Пока он мал, не говори ему всей правды. Просто предупреди, чтобы он был внимателен ко всему необычному, что происходит с ним, к любым мелочам, и сразу же говорил об этом взрослым. Такое поведение поможет ему сохранить жизнь. Все, что будет необходимо, расскажет ему Зиагаард или другие учителя в школе.

До встречи. Будь сильным, Эг.

Этот разговор я воспринял уже на склоне лет, когда многое прошел и повидал в жизни. Судьба, хранившая меня, свела меня со многими элтами, которые стали для меня примером, как и отец.

Я пробыл в больнице всего три дня. После произошедшего со мной события, в моей жизни внешне ничего не изменилось. Я точно так же бегал со сверстниками и участвовал в их играх, но внутренне я не переставал чувствовать какую-то скрытую угрозу для себя и своего существования.

Были времена, когда она исчезала и пряталась за горизонт, и я думал, что уже освободился от нее. Но всякий раз она неожиданно напоминала о себе в самый неподходящий момент, особенно, когда я забывал о ней. Солнце моего безоблачного детства, взошедшее надо мной и ярко освещавшее мой путь, стало заходить за тучи.

Отец ушел на войну и пробыл там около полутора лет. Заметно похудевшим и уставшим вернулся он домой.