В заботах о будущем

Рядом, на круглой столешнице, в широких эйфах (чаша для того, чтобы пить травный напиток) дымился ароматный зерлой. Запах трав, собранных в предгорьях к югу от столицы, распространялся по комнате, навевая давно забытые воспоминания. Лит, устроившись напротив меня, сел на чисхет (высокий табурет с круглым завершением) и, оперев локоть левой руки о столешницу, охватил ладонью подбородок, слегка поглаживая его. Он внимательно рассматривал меня, нарушая этим неизменные правила этики.

В среде элтов было не принято долго смотреть на элта, поскольку это можно было расценить как вызов и даже как оскорбление, как повод для силового выяснения отношений.

Но между давними друзьями этих правил можно было не придерживаться. Я не возражал против такого пристального внимания к себе. Лит, впрочем, не злоупотреблял им. Отведя глаза чуть в сторону от меня, Лит вздохнул и выдохнул, после чего произнес:

– Вот я тебя и увидел. Не думал, что зайдешь, а побеседовать хотелось. У нас, как видишь, дела идут не лучшим образом. Война забирает много сил.

Самое худшее – я вынужден отправлять в эту молотилку молодых элтов. Жизнь их быстро перемалывается в колесе войны. Эта беззубая и слепая женщина своими деснами перетирает жизни без какого-либо сожаления. Я бы пошел сам, ведь пожил уже достаточно. Скоро и двести эйнов, но меня не возьмут.

Лит Куз грустно усмехнулся, а я обнадежил его:

– Ничего, вскоре война закончится. Не могут же военные действия все время продолжаться.

Сказанные мной слова прозвучали неискренне.

Я это остро ощутил.

– В утешениях я не нуждаюсь, – негромко произнес Лит. – Мы с тобой оба прекрасно знаем, что стычки могут продолжаться десятилетиями, если есть база. А она имеется и в Эльклее, и в Тулплее. Так что я не рассчитываю на скорое окончание боевых действий. Ты надолго?

– У меня еще не более двенадцати дней. Потом хотел бы съездить к Эктахону в Хирду, что на границе с Ауроматом. Надо бы побеседовать…

Лит едва заметно наклонил вперед голову, соглашаясь со мной.

– Упрямый улт решил досрочно свести счеты с жизнью и ждет только лишь тебя, чтобы напоследок выпить с тобой дымящийся и пахучий зерлой, – сообщил он.

 – Не пытайся только прямо его отговаривать от того дела, что он задумал. Этим ты только лишь подтолкнешь Экта к тому, чтобы точно увериться в правильности такого поступка.

После этой фразы теперь уже глубоко вздохнул я.

– Не беспокойся. Я знаю, что сказать.

– Следовательно, ты заблуждаешься в своем знании, – усмехнулся Лит.