Потерянные судьбы. Роман

 – Глядеть не на шо… Зенками своими зыркаеть, словно чёрт с рогами… Зад свой прикрываить, а ты и поверила… Эх, Манька, глупая ты… Он ночами по хутору швыркаеть, а ты ухом не ведёшь…

– Ты лучше мне скажи, разузнала, с кем Порфирий был, аль не? – сменила тему Маня.

– Не было тама никого… – запнулась Стеша, отвернув голову в сторону.

– Как енто? Ты шо? Я ж сама слыхала…

– Ничё ты не слыхала, показалося тебе…

– Ах, вон оно шо… своего неверного прикрываешь, а на моего помои льёшь! – Мария поставила руки на бока и выпятила грудь.

– Порфирий ни в чём не повинен, а Ванька твой – кобелюка, каких свет не видывал… юбки не пропускаить, лишь бы своё кобелиное нутро грехом позабавить… И Вовка ваш вырастить такой же, як и батька евоный. Того и гляди, Нюська подоло?м закру?тить… Якый отец, такие и отпрыски…

Зря Степанида приплела детей в разговор, чем и зацепила соседку за живое.

– Вовка с Нюськой? – опустила руки Маша. – Вовка, як батька, а Нюська – подоло?м?

Мария схватила Стешу за правое ухо, которое выглядывало из-под платка, и потянула вниз.

Стеша во всё горло закричала от боли, схватилась за руку соседки. Второй рукой Грищенко стянула платок с головы женщины и вцепилась в волосы мёртвой хваткой.

– Сорочий твой язык! Детёв моих оговаривать? Я тебе чичас усе патлы повыдергаю, будешь, як твой Порфирий, плешью светить…

– А-а-а, караул! – закричала Степанида, пытаясь освободиться от цепких рук Мани. – Пусти! Люди, помогитя, убивають!

На крики выбежал Порфирий в одной длинной рубахе и без штанов, только успел на ходу сапоги натянуть.

Не понимая, что происходит, схватил жену и начал оттаскивать от Грищенко.

– Бабы, угомонитеся! – повторял мужчина. – Ночь на дворе! Разбудили, треклятые, а мене спозаранку Галочке забор поправлять!

Женщины резко затихли. Маша отпустила Стешку и уставилась на соседа. Поправив волосы, Степанида развернулась и исподлобья посмотрела на мужа.

– Чё? Какой-такой Галочке? – пошла в наступление Стеша.

– А? – Порфирий тут же потерял слух и попятился назад.

Мария стояла как вкопанная, переводила взгляд то на соседку, то на её мужа.

– Я гутарю… – нужно было что-то срочно выдумать, и Порфирий, схватившись за дверную ручку, сказал. – Оградку, гутарю, мамочке…

– Шо? Оградку? – медленно подходила Стеша к мужу. – Ты ж к ей несколько годков не ходишь! Я щас покажу тебе оградку!

Порфирий скрылся за дверью, Стешка побежала за ним, выкрикивая угрозы.

Мария молча пошла домой.