«Зовут её Ася…». Фрагменты из жизни Анастасии Цветаевой

В Борисе, муже моём… было приступами веселье…, но как только оно прерывалось и он оставался один – он уходил во тьму (предчувствия ранней смерти?) и погружался во мрак непостижимый…

…Прожив со мной 2,5 года и пять лет с ней (актрисой Марией Ивановной Кузнецовой-Гринёвой), он погиб, не достигнув 26 лет, от сыпного тифа и похоронен в Старом Крыму, близко от могилы Александра Грина, писателя».

И через много-много лет образ первого мужа вновь всплывает в памяти писательницы. В повести «Старость и молодость» есть эпизод, где А.

Цветаева провожает сына (в Кокчетаве): «Как когда-то, провожая его отца у ворот моего отцовского дома, я стою у чужого забора, смотрю вслед. Вот ещё мелькает – всё мельче – светлый плащ, над ним – ярче – пятно шляпы… Бегу, как девчонка, – от души оторвался кусок, летит за ним под гору…».

В той же повести, рассказывая о старшей внучке: «…Но вчера в первый раз, может быть, так чётко я почуяла в Рите, в её внезапной… тоске, молчащей и неутешной, то трухачёвское начало, которое пылало ледяным огнём в её молодом деде и сквозит в его сыне, её отце.

…В Рите живёт – неожиданность, глухо. И в Андрее живёт, Борис был – её воплощением. Каждый миг; что делало жизнь с ним немыслимой…».

Одно из ранних стихотворений Марины называлось «Каток растаял»:

Каток растаял… Не услада

За зимней тишью стук колёс.

Душе весеннего не надо

И жалко зимнего до слёз.

……………

…Пусть в жёлтых лютиках пригорок!

Пусть смёл снежинку лепесток!

– Душе капризной странно дорог

Как сон растаявший каток…

1910 г.

Глава 2. Маврикий. Ранние произведения. Смерть Алёши

«Мне нравится, что Вы больны не мной…» – у всех на слуху это стихотворение Марины Цветаевой, ставшее песней. Но далеко не все знают, что посвящено оно Маврикию Александровичу Минцу (1886—1917), второму мужу Анастасии Цветаевой.

«Осенью 1915 года я вышла замуж – гражданским браком – за Маврикия Александровича Минца и переехала к нему в Александров, куда он, инженер, был призван на военную службу», – пишет А.

Цветаева в «Воспоминаниях».

Таких строк, какие написала она о Маврикии в «Дыме…», Анастасия не посвящала больше никому: «…Только что ушел М. А. Далеко – колокольный звон. Мне нечего записать. Ибо он – мой друг на всю жизнь, ибо я очарована им без остатка, и от того так шутливы речи мои!

…Думаю о нём. Мне хочется его видеть.