Золото Умальты

* * *

Молодой Миша Купер, единственный сын того самого бакалейщика, открывшего в Хабаровске первое синема, выучился на режиссера и теперь сам снимал фильму для студии Леонтия Булыгина, дальневосточного заводчика и нынешнего покровителя Софьи.

Картина называлась «Сердца и доллары» с подзаголовком «Сцены из жизни Дикого Запада и кровожадных индейцев».

Надев костюм хозяйки салуна, зашнуровав тесные ботинки, Софья прохаживалась по узкому коридорчику и пыталась учить роль, выписанную для нее в тетрадку.

А в декорациях – рисованный задник, звездное небо, оранжевые горы, постройка под вывеской «Салун» – разыгрывали сцену Индеец и Ковбой, они же провинциальные актеры Виктор Иванович Буримэ и Владимир Гаврилович Смирнов-Вилюйский, давние приятели, оба лет тридцати с лишком.

Декорация занимала половину студии, еще треть была заставлена коробками и ящиками с надписью:

Для создания атмосферы и темпа играла патефонная пластинка. Режиссеру нравились звуки американского банджо, а Софье, наоборот, хотелось заткнуть уши.

Патефон заводила Роза Ивановна, крупная дама с грубым голосом, привыкшая ходить в мужских ботинках и не выпускать изо рта папиросу в длинном мундштуке.

Крепкий, румяный, с жесткими кудрявыми темными волосами, которые он в порыве увлечения машинально дергал и взбивал, Купер сам управлялся со съемочно-проекционным аппаратом, выписанным из Америки, как и почти все оборудование студии. Он прилаживал камеру и одновременно давал указания артистам, стараясь тщательно отрепетировать каждую сцену, чтобы зря не тратить импортную пленку.

А еще он сам сочинял сценарии, действие которых происходило в экзотической Африке, среди аравийской пустыни или на американском Диком Западе, в прериях и возле салуна. Обман, соперничество, ограбление, похищение детей, одалиски из гарема, соблазненные графини, которые воскресали к жизни с новой любовью, – эти сюжеты неизменно пользовались успехом у публики.

– Витя, ты злой! Очень злой! – громко взывал режиссер, добиваясь от артистов полной жизненной убедительности.

 – Володя, смотри в аппарат! Володя! Ты просто мерзавец!

По указанию Купера Индеец и Ковбой сходились, наводя друг на друга огромные пистолеты, и для большего реализма скрипели зубами и таращили глаза, изображая «зверство».

Расстреляв обойму, Ковбой бросался на Индейца врукопашную, Индеец ловко ставил ему подножку, совершая смешной кувырок.