Илья Репин

Его сын Илья родился в Чугуеве в бабушкином доме. Когда Северский Донец изменил свое русло, дом этот затопило, и Репины переехали на Никитинскую улицу (сегодня здесь музей-усадьба великого художника). Вообще дома военных поселенцев были настолько одинаковыми, что Илья Ефимович, вспоминая свое детство, шутил, что даже голуби часто ошибались и залетали в соседние дворы.

Но дом Репиных считался, в общем-то, богатым, потому что хлебопашеством они не занимались, а состояли на положении торговцев и промышленников: у них был постоялый двор.

В своих воспоминаниях Илья Ефимович пишет, что домом правила бабушка. Замотанная в черный платок, из-под которого виден был только бледный крупный нос, она с раннего утра уже ворчала и бранилась с работниками и работницами, переворачивая проветривавшиеся кадки и громадные чугуны.

Вокруг большого светлого двора громоздились сараи, заставленные лошадьми и телегами заезжего люда. Днем широкие ворота на улицу оставались открытыми, и через них поминутно въезжали и выезжали проезжие люди.

Они останавливались на дворе или в сараях и хозяйничали у своих телег: подпирали дугами, снимали колеса и подмазывали их дегтем. Хозяин, Ефим Васильевич, занимался торговлей лошадьми и в домашние дела не вмешивался. Каждую весну он отправлялся в «Донщину» и приводил оттуда табун диких лошадей, которых затем перепродавал.

Маленький Илья очень любил одного из работников – Гришку Копьева и был совершенно счастлив, когда тот сажал его на лошадь и брал с собой на водопой.

Мальчик сидел впереди него и замирал от страха, когда лошадь входила в глубокую воду: бездонная пропасть казалась ему ужасной. Но когда Илья видел в воде облака, он переставал бояться и с восторгом смотрел на брызги, которые во все стороны летели из-под копыт лошади.

Вообще невероятная красота коней потрясала маленького Илюшу: «Чудо! А какие красавцы! В яблоках! И как это яблоки точно разрисованы: яблоки, яблоки. А копытца! Фу ты! Как выступают! Вот красота!.. Картины! Ах, какие картины! Хвосты длинные, пушистые, белые, как серебро.

Неужели это наши лошади? Я долго смотрел им вслед, пока не скрылись под горку, к мелкому песчаному месту у Волового парка…»

В цепкой памяти Репина осталась и детская история с новыми сапогами, подаренными ему отцом со словами: «Вот тебе! Надень-ка: не малы ли? Если малы, так их Ивану отдадим». Когда Илья надел сапоги, то что-то больно стало колоть его в пятки, но он терпел и ходил на цыпочках.