Величайшее благо

Принглы первыми пришли в вагон-ресторан. Обстановка там была обычная, еда оказалась вкусной, но ближе к концу трапезы старший официант вдруг запаниковал. На столах стояли корзины с фруктами. Он растолкал их, чтобы разложить счета, и потребовал немедленно заплатить. В довольно высокую стоимость ужина входил кофе. Когда кто-то потребовал кофе, официант отмахнулся: «Позже!» – и продолжил торопливо давать сдачу. Один из пассажиров сказал, что не заплатит, пока ему не принесут кофе. Официант ответил, что кофе не будет, пока все не расплатятся.

Он приглядывал за теми, кто не успел заплатить, словно опасаясь, что они сбегут.

В конце концов все заплатили. Поезд остановился. Они прибыли к границе. Принесли слишком горячий кофе, и тут же в ресторан вошел чиновник и приказал всем покинуть вагон, так как его сейчас отцепят. Кто-то из пассажиров отхлебнул раскаленный кофе, вскрикнул и выронил чашку. Кто-то требовал объяснить, почему вагон отцепляют. Официант объяснил, что этот вагон принадлежит Югославской железной дороге, а в это неспокойное время ни одна здравомыслящая страна не позволит своему транспорту пересекать границу.

Пассажиров вытолкали прочь, все кричали что-то на полудюжине языков одновременно. Война была позабыта.

Пограничники лениво прошагали по коридорам. Когда эта процедура была окончена, поезд встал на крохотной станции. Через окна потек холодный осенний воздух, пахнущий соломой.

В купе уже расстелили постели, и Гай что-то писал в блокноте. Стоя в коридоре, Гарриет пыталась разглядеть в окно приграничную деревню.

Сложно было даже понять, есть ли там деревня. Тьма казалась пустой, словно космос, но в центре ее, подобно Солнцу, сияла ярмарочная площадь. С нее не доносилось ни звука. Колесо обозрения медленно вращалось, подымая в небо пустые кабинки в форме лодок.

Прямо перед окном простиралась платформа, освещенная тремя слабыми лампочками, свисавшими с провода. Под дальней были люди: необычайно худой высокий мужчина, с плеча которого, словно с дверной ручки, свисало длинное пальто, а вокруг него суетились пятеро низкорослых человечков в униформе.

Они уговаривали его пройти. Худой человек был встревожен и напоминал пугливое голенастое животное, окруженное сворой терьеров. Каждые несколько ярдов он останавливался и начинал протестовать, а те кружили вокруг и жестикулировали, понукая его продолжать движение. Так эта процессия добралась до вагона, из которого за ними наблюдала Гарриет.