Последний аккорд

Итак, еще одна ночь и я окажусь в доме – у кого вы бы думали? «Ваше высокородие» – это обращение к статским советникам – почти пятые по счету в российской табели о рангах. Так что, можете представить, кому я буду служить! Очевидно, господин Драгунский служил в кабинете у Елизаветпольского губернатора. Так оно и вышло… Я попрощался с другими инструментами и пожелал им удачи.

Игорь Яковлевич жил в прекрасном особняке, полным европейской мебели. Меня поставили в угол роскошной гостиницы, с красной драпировкой на стене.

Широкие окна выходили на улицу, где росли могучие чинары.

Что нужно еще пианино? Только чтобы на нем играли.

Меня могли бы использовать в двух целях в таком доме – для учебы, если есть дети и для развлечения гостей. Может повезти, и я буду использован для обеих целей. Дочка статского советника была юной, так что, возможна, она училась игре на пианино.

Неделю я пролежал без дела. Вечерами семья собиралась на ужин, разговаривали о войне, о всякой всячине – ни слова о музыке.

Я все приглядывался с надеждой на дочь, которую звали Ольгой. Во многих произведениях русских писателей есть загадочные портреты русских женщин. Я тоже пытался создать для себя такую из Ольги, с нетерпением ожидая, что ее нежные пальчики коснуться моих клавишей.

Я начал наводить справки – постепенно знакомился с предметами в гостиной. Лучше всего знает о семьях канделябры. Это при их тусклом освещении люди доверяют друг другу свои тайны, например, в спальне.

Да и светские беседы ведутся обычно вечером при свете свечей. Так что канделябр – это был бы мой лучший путеводитель.

В гостиной было несколько канделябров – я их насчитал пять. Все они были российского производства, так что нам понадобилось немного время для знакомства. Ну, можете представить себе какой апломб у канделябров статского советника! Разговорившись с ними, я убедился в том, что они еще какого сорта – все из Петербурга. Драгунский был послан на Кавказ из столицы три года назад.

Так, что большинство мебели и утвари было столичной заправки.

Впрочем, передо мной канделябры не стали ерехориться – я ведь был из Германии. Они охотно стали рассказывать мне много всячины – про историю города, про Драгунского и про Ольгу, на которую я возлагал большие надежды.

Город Елизаветполь, в которую меня занесла судьба из далекой Саксонии, являлся исторической столицей ряда средневековых государств.