Последний аккорд

И Елизаветполью он был назван русскими, которые завоевали эти места около века назад – до этого он назывался Гянджой. Мне, конечно, больше нравилось название «Елизаветполь», хотя, конечно, «Елизаветбург» звучал бы лучше.

Далее я поинтересовался хозяином магазина – евреем с восточной внешностью, который и затащил нас всех сюда. Его звали Исай Мордуханов – какой-то «горский еврей». Канделябры сообщили, что на Кавказе обитают особые евреи – горские. То ли эти евреи были каким-то коленом Израилева, занесенные в Персию и на Кавказ после разрушения Иерусалима и вавилонского пленения, то ли это были местные персы, принявшие иудаизм.

Говорили они на диалекте персидского языка. Слышал я как-то в дороге про хазаров – тюркское племя, принявшее иудаизм десять веков назад – канделябры сообщили, что может это они и предки нынешних горских евреев.

Из всех этих исторических экскурсов я вывел одно – в плохом месте евреи жить не будут – и это радовало. С другой стороны канделябры сообщили, что их здесь не очень много, они в основном живут в Бакинской губернии.

Хозяйка дома имела какие-то кавказские корни – ее бабушка была из Грузии и возможно еврейкой. А Драгунский к евреям относился настороженно – даже не хотел у него покупать пианино. Вот только благодаря жене приобрел меня – она настояла.

Ну а теперь перейдем к моим надеждам – Ольге, Оле, Олечки, Оленьки… Увы, то, что канделябры сообщили мне, абсолютно не воодушевляло. Это юная особа была надменной – она все возмущалась и жаловалась периодически маменьки – зачем они из столицы переехали в эту «дыру».

Однако папеньки боялась что-либо сказать – нрава он был строгого. Делу российской империи был предан с ног до головы, так что приказа начальства не обсуждал и был горд, что его направили сюда – на край империи защищать русское дело.

Он то и настаивал, чтобы Ольга выучилась немного играть на пианино. Он хотел, что бы доченька была всесторонне развита.

Услышав это, у меня появилась надежда.

Любое пианино вам скажет, что дети, как правило, не любят учиться музыки, зато потом, когда вырастут, благодарят родителей. Сам Драгунский играл на гитаре и пел романсы…

Все! Я попал куда надо!

Однако прошло несколько дней, но Олечка не подходила к пианино, ну и не было какого-либо учителя музыки. Через неделю в гостиную вошел элегантный мужчина с книгами. Я загорелся – вон этот долгожданный учитель музыки!

Увы… Это был учитель французского.