Противоположности. Рисорджименто

Одно я знаю, Олег Вещий не был сыном Рюрика, он был его племянником, и вот этому в летописях доказательства встречаются, но опять же, не во всех. Кто тогда правду баял, а кто придумки писал? – я развёл руками.

– Ежели Васька не напутал ничего, и ты, княже, решил здесь обосноваться, и нам всем дом новый завоевать, то не забудь эту былину. Потому что, раз ты ничего не можешь доказать, будучи прямым потомком Рюрика, то и никто не сможет этого сделать, а иной раз, такие вот присказки, ох как пригодиться могут.

Да и мы вполне можем потомками тех воев, что с Рюриком пришли, оказаться, чем чёрт не шутит? Тут слово шепнёт кто-то, там услышит… – он повернулся и махнул рукой, призывая воевод шевелить задницами. – Поход!

Мы тронулись, и я сделал знак, чтобы мои воины пропустили маленький отряд Катерины вперёд, оставаясь в арьергарде. Мне не терпелось закончить прерванный разговор с Холмским, но тут ко мне подъехал мужик в доспехах и в берете, с огромным драгоценным камнем, который был чем-то вроде булавки, крепящей роскошное перо.

Холмский оценил наряд франта и, прикусив губу, придержал коня, позволяя подъехавшему поравняться со мной, потому что именно ко мне он и направлялся.

– Эрколе д’Эсте, герцог Феррарский, – коротко представился он, когда я недоумённо приподнял бровь, разглядывая его. – Вам, цесаре, представляться не нужно, вас все здесь знают.

– Вот как? – я снова посмотрел на него. – И с какой стороны меня знают?

– Пока ни с какой, просто это несколько необычно, – ответил он уклончиво.

 – А вы можете производить впечатление на женщин, – он задумчиво смотрел в ту сторону, где ехала Катерина.

– Не настолько, как мне хотелось бы, – я продолжал смотреть на него.

– Вы путешествуете, смотрите на мир, а все теряются в догадках, почему? Не для того ли, чтобы, рассмотрев всё хорошенько, уподобиться новому Александру? – он перевёл взгляд на меня и теперь смотрел в упор.

– Мы пока никого не тронули, герцог д’Эсте, – сухо ответил я на его выпад.

– И это не может не волновать, – он покачал головой. Я напряг память. А это не тот герцог, у которого Риарио вместе с папой и Венецией отжал территории, что-то там с солью связано, по-моему, но я не уверен. – Цесаре, не сочтите за дерзость, но, вы женаты? – я подавился слюной и закашлялся, благодаря бога за то, что у меня во рту в это время ничего не находилось.

– Простите? – прокашлявшись, выдавил я из себя.