Пять невест ректора

А новый день… новый день принес новые сюрпризы!

Глава 5

– Мы-ы-ыша, – вкрадчиво тянули где-то над головой. – Встава-а-ай.

– Ну еще немного, – пробормотала я, поглубже зарываясь носом в собственную шерстку.

– Низзя, – игриво заметил голос. – Ты и так уже проспала все, что можно. Как только учиться с таким подходом собиралась?

Я вскинулась и посмотрела вверх, щурясь от утреннего света, непонятно откуда взявшегося в склепе. Также наверху наблюдалась довольная морда нави.

– Добрейшего утречка!

– Разве нежить не должна неуютно чувствовать себя на солнце? – задала я уже интересовавший меня вопрос.

– Обычная должна. А я – нет, – кратко и очень самолюбовательно заявила Таль. – Вставай, мышь. Нам нужно идти к Сибэлю. Он тебя пожалел и позволил выспаться, а сам на работу ушел.

– А, позволил? – я снова опустилась на подушечку. – Тогда я еще полежу.

– Нет уж, – навь сунула морду в саркофаг и сделала ужасное. Аккуратно подцепила меня за хвост и вытащила наверх!

– А-а-а! – испуганно завопила я, болтая лапками.

– Тьфу! Громкая какая, – положив меня на пол, нежить поскребла себя за ухом, а после указала в сторону открытой двери в купальню. – Давай, Фэй, приводи себя в порядок и пойдем.

– Как хотите зовите, только больше в пасть не тащите, – взмолилась я.

Навь расхохоталась, завалившись на бок и смешно дергая лапами, а я посеменила умываться.

По дороге на глаза вновь попалась банка со змеей, и я ощутила укол совести. Так, Фэй, не раскисать!

Воспользовавшись случаем как следует рассмотрела купальню.

Не знаю, чего я ожидала…

Каменных стен и ямы-пролома с водой в центре? Наверное так!

Надо признать, что я никогда раньше не задавалась вопросом о том, моются ли высшие умертвия и личи, например. Всегда думалось, что как бы умер и все.

Как оказалось, даже если умирает сам эльф, то стремление к комфорту и прекрасному еще долго подает признаки жизни.

Пусть даже и такие странные.

Ванная комната являла собой причудливое сочетание малообработанного камня и деревянных панелей, ошкуренных до идеальной гладкости.

Ванная так вообще представляла собой огромный кусок хрусталя, стоящий на деревянном постаменте и тускло светящийся в полумраке. Прозрачный камень был облицован зеленым кварцем, по прожилкам которого словно текла сама сила жизни. Такая же яркая и сверкающая.