Красная машина. Юниор

У нас же много запасных детей. Что там мелочиться. Ну, подумаешь, одним больше, одним меньше. Господи… Иногда думаю, на кой черт ты возвращаешься каждый раз. Без тебя гораздо лучше. И сыновья без тебя ведут себя совсем иначе. Вот без тебя, все у нас действительно нормально.

Мать высказалась тихим, злым шёпотом и вышла из комнаты. Понял по шагам, которые сначала приблизились к двери, потом пропали в коридоре.

Дом большой. Это, да. Главное, мать построила его почти сама. Своими силами. Не конкретно, конечно, руками.

Всё-таки, женщина. Кого-то нанимала, кого-то просила, кто-то рвался в помощники сам. Она взамен могла обеспечить любыми стройматериалами. В то время так все и работало. Вопросы решали не деньги, а связи, блат.

Отец… А что отец? Сидел половину жизни. Про первые сроки вообще ничего не знаю. Эту информацию особо не обсуждали в семье. Вроде бы, разбой. Или грабеж. Он много раз пытался говорить с нами «по понятиям», но мать моментально вмешивалась. Говорила, одного уголовника в семье более, чем достаточно.

Ну, а последний срок, который я уже застал в сознательном возрасте – поножовщина. Пырнул в поезде какого-то дурачка, сделавшего ему замечание.

Сейчас я отчётливо слышал его дыхание и вообще не понимал, как поступить. Хрень. Полная хрень выходит. Фантастика какая-то. Я взрослый человек. Адекватный. Всего этого просто не может быть.

Наконец, отец, постояв ещё несколько минут рядом, вышел из комнаты. Я сразу же повернулся. Пусто. Никого. Сердце колотилось, как сумасшедшее.

Водки бы, грамм двести. Сразу залпом.

Сел, спустил ноги с кровати. Мне нужно прийти в себя. Может, последствия от лекарств? Твою мать, ну, не наркоту же мне кололи. А обезболивающие такого эффекта не дают. Я не хочу этого всего. Специально много лет вычеркивал из памяти прошлое. Особенно детство. Особенно брата.

Медленно встал на ноги. Голова не кружилась, в глазах звёздочки не летали. Да и вообще, можно сказать, бодр, как бо?бр. Башка только творит черти что. Показывает мне чудо чудное, диво дивное.

Подошёл к серванту. У него задняя стенка, насколько помню, была зеркальной. Нагнулся, чтоб увидеть свое лицо и выматерился вслух. Славик. На меня реально из отражения смотрел Славик. Да что за бред? Потрогал руками щеки. Сука, настоящие. Ущипнул себя за нос, чуть не взвыл от боли. Во сне так не бывает. Это точно.

Брату сейчас четырнадцать. Я правильно определил. На запястье часы. Их ему подарила мать на день рождения. Крутые, командирские.