Знаменитые Скорпионы

Ее песни «Валенки», «Степь да степь кругом», «Катюша», «По диким степям Забайкалья» слушались и распевались на всех фронтах. Триумфальным оказался и концерт Руслановой у стен поверженного Рейхстага в мае 1945 года – она пела вместе с ансамблем донских казаков под управлением Михаила Туганова. Однако после этого минуло всего лишь чуть больше трех лет, и Русланова была арестована и отправлена в тюрьму. Что же случилось?

После войны Русланова не изменила своим привычкам – продолжала «барствовать». В этом не было бы, наверное, ничего предосудительного, если бы не одно «но»: подавляющая часть советских людей жили впроголодь после страшной войны.

А «красные буржуи» никаких бед и забот не знали. У той же Руслановой помимо роскошной квартиры в центре Москвы, было еще две других в разных частях города, две дачи, четыре автомобиля, антикварная мебель, более 130 полотен известных русских художников и многое другое. Спала певица на огромной (6 квадратных метров) кровати из карельской березы, которая ранее хранилась в Зимнем дворце и принадлежала… императрице Екатерине Великой. О том, как это ложе оказалось в квартире певицы, расскажет чуть позже ее знакомая – певица Е. Амерханова:

«Я жила в Ленинграде и однажды на аукционе купила кровать карельской березы. Принадлежала она когда-то императрице Екатерине Великой. Громадная – шесть квадратных метров. Спинка в виде тумбы, от нее вниз – широкие наклонные стенки, а сверху – горка. Кровать изумительная! И вот вскоре это царское ложе захотела у меня купить Клавдия Шульженко.

Ее муж, дирижер Коралли, принес 500 рублей аванса, а спустя пару недель вдруг отказывается:

– Верни залог, мы у тебя кровать не покупаем.

– Ты что, – говорю, – с ума сошел? Кто так делает? – и пошла советоваться к своему коммерческому директору.

Тот мне говорит:

– Не будь дурой, не отдавай. Уговор есть уговор, да и прошло уже две недели.

– Что же, мне Клаву своим врагом сделать? Ты ведь знаешь Володьку, он одессит, кровь южная, с ним лучше не связываться.

И действительно, Коралли потом стал говорить, что сорвет мои гастроли и вообще не даст работать в филармонии. Я не выдержала:

– Знаешь что, Володя, ищи мне сам покупателя на эту кровать.

Он позвонил в Москву Руслановой: «Лидия Андреевна, я знаю, вы любите интересные вещи. Тут одна наша артистка продает царскую кровать из Зимнего дворца за две тысячи».

Та сразу же загорелась. Вскоре приехала с концертами в Ленинград, кстати, эти концерты вел мой муж.