Черно-белый сад

Антипатия к ней была настолько сильной, что заблокировала воспоминания. Вспоминая маму или что-то из прошлого, Катерина не вспоминала о тетке, словно той никогда и не было. Психологи считают, что неприятные воспоминания не стоит загонять внутрь, что их надо осмысливать, переживать заново, обсуждать со своим психоаналитиком или с кем-то из близких, а затем «отпускать». Они правы, но воспоминание воспоминанию рознь. Есть такие воспоминания, которые не успеешь осмыслить, потому что полезешь в петлю или выпрыгнешь из окна.

Такие воспоминания лучше зарыть поглубже, спрятать на самых задворках бессознательного. Пусть себе полежат до поры до времени, пока душевные раны не зарубцуются настолько, чтобы можно было позволить себе пережить это заново. Но в голове у Катерины произошел какой-то сбой. Она прекрасно помнила (едва ли не каждую минуту вспоминала!) о том, что произошло, но почти совсем забыла о том, что у нее когда-то была тетка. Почти совсем, потому что если бы забыла совсем, то тетка бы ей не приснилась.

Забвение спасительно. Лучше забыть то, что нельзя исправить, что невозможно искупить. Катерине впору было завидовать тем, кто потерял память. Иногда она так и делала, думала о том, как хорошо бы было, к примеру, упасть, удариться готовой обо что-нибудь и забыть напрочь всю свою прежнюю жизнь. Думала – и тут же ужасалась. Все?! Забыть все?! Значит, и маму тоже забыть?! И живопись свою любимую?! Нет! Так нельзя! Лучше остаться собой! Пусть даже и с тяжелым грузом на сердце…

6.

 Блог Кати Ютровской, 21 апреля 2002 года

Дневникам положено доверять сокровенные тайны. У меня нет сокровенных тайн, такая вот незадача, но зато у меня есть сокровенный сон. Сон про Сад спящих мотыльков.

Это очень таинственный сон. Я видела его много раз. Это единственный из снов, который снится мне снова и снова. Но, несмотря на повторения, я так до сих пор и не смогла разобраться, какой он, этот сон, – страшный или нет? Он начал сниться мне после того, как не стало мамы, но с мамой он никак не связан.

С одной стороны, не столько страшный, сколько непонятный. Непонятное, конечно, пугает, но никакой угрозы я во сне не ощущаю. Какую угрозу могут представлять бабочки, тем более – спящие?

С другой стороны, когда просыпаюсь, сердце колотится как бешеное и внутри свербит что-то такое, неприятное. Опять не смогла, опять не успела…

Впрочем, расскажу по порядку.

Это черно-белый сон, вернее – серый.