Рубеж

Вернулся наш командир. Информация была приятной:

– Так, парни. Сейчас приводим себя в порядок, нам выделили палатку. Обустраиваемся там, потом вечером заполним анкеты и идем на ужин. Потом я на совещание. Да, форма одежды исключительно уставная. Тут за это ебут.

Мы уныло посмотрели на свои купленные специально для пустыни ботинки, кепки и перчатки, которые никак не вписываются в понятие «устав». В понятие «устав» вписывается только устав. Это аксиома. Это немного озадачило нас: зачем в месте, где туалет и душ находятся на улице, соблюдать уставной порядок людям, которые завтра полетят отсюда к черту на рога? Но вопросы задавать в армии – дело неблагодарное.

Я занял себе койко-место на втором этаже крепких нар, расстелил там и расположил спальник. Следующий шаг – помыться и побриться. Природа даровала густую бороду, за что спасибо сейчас, но тогда приходилось бриться каждый день.

Деревянные полы, железная квадратная раковина-мойка, сверху проходит труба с кранами.

В целом, годится.

– Строиться на ужин!

Идти до столовой нужны было примерно километр, и стало понятно, зачем и почему устав.

Мы прошли практически через практически всю базу.

Не впечатлить она не могла: на секунду нам показалось, что мы в самом центре какой-то американской базы из фильмов, потому что привычные палатки в лесу и самодельные постройки из многострадального леса никак не вязались с чистотой, аккуратностью, асфальтом, пальмами и монументальностью военных сооружений. Чистая и современная техника, солдаты, идущие исключительно строем, аккуратные заборы и везде таблички.

Невольно вспоминалось, как будучи в лесу на длительных учениях, туалетом нам служила выкопанная яма, где рядом гордо красовалась табличка «туалет 1-й роты, ответственный – прапорщик такой-то», ну и куда (в кучу дерьма) раз в неделю медик кидал ДВЕ таблетки хлорки и под хохот военных шел дальше.

Тут было все новое, чистое и внушало, что порядок в русской армии очень даже может быть.

После заполнения анкет и уточнения информации мы строем из комнаты досуга, огромной и крепкой прозрачной палатки со множеством аппаратуры и барабанной установкой, отправились в столовую.

Перед нашей отправкой в Сирию бывалые нам говорили: «Парни, что угодно, только не оставайтесь в Хмеймиме. Ни в коем случае. Лучше самая жопа пустыни». Основываясь на первых впечатлениях, мы искренне не понимали, что не так в этой базе. Еда в столовой была отменной, а перед самой столовой играл оркестр.