Добрые люди. Хроника расказачивания

Немцы, бросая всё награбленное у нас, будут бежать домой ножками, да так, что пятки будут в задние места влипать. А мы будем подгонять, чтобы они бежали и днём, и ночью. Чтобы сонные бежали. А мы будем подгонять, подгонять, подгонять. Убивать не будем, в плен брать не будем, а будем гнать домой пеших, голодных и холодных. Тогда они внукам и правнукам своим закажут ходить в Россию.

Но если у нас нет денег на прокорм и пятисот человек, то ушли мы правильно и возвращаться нам не надо, а надо спешить в Зимники.

Вот моё мнение, – сказал Попов.

– Спасибо, Константин Дмитриевич.

– Рад стараться.

– Константин Дмитриевич, не останавливая движения отряда, сформируйте две сотни по четыре взвода. Первой сотней я поручаю командовать Вам, а второй – вахмистру Лапшину.

Отряд Калинина в Михайловке втянулся в улицу, ведущую на юг. Вдруг из правого переулка выкатилась пустая арба и остановилась, загородив дорогу, прямо перед Калининым.

– Что за чепуха? Кому хочется повоевать? – выхватив клинок, крикнул Калинин.

Казаки отряда взялись за шашки.

– Командира отряда прошу спешиться. Поговорить надо, – сказал казак, стоящий на арбе.

– Говорите, мы вас и в сёдлах услышим, – ответил Калинин.

– Куда путь держите? – спросил казак с арбы.

– Это военная тайна, а казаки военных тайн не разглашают.

– Мишка, Блинов! Ты чего взялся нас допрашивать? – закричал Егор Селезнёв, казак из отряда Калинина.

– Батюшки, Егор, Селезнёв? Ты откуда? – спросил Мишка Блинов.

– Я из дома. А ты, вижу, служишь? Под чьим знаменем службу ломаешь?

– Под знаменем героя двух войн, подполковника Миронова Филиппа Кузьмича, – ответил Блинов.

– Видеть не приходилось, а слышать – много слышал. Миронов – славный казак. А какого цвета ваше знамя?

– Красного.

– Так-так, – сказал Егор Селезнёв.

– В разговор вмешался Калинин.

– Повидались, друзья? Хватит. Принимай арбу, Блинов, – потребовал он.

Ночевал отряд Калинина во втором хуторе, южнее Михайловки.

Хозяин рассказывал Павлу Петровичу: наши казаки, что за советскую власть, остались дома и записались у Миронова. А у него ни денег, ни одежды, ни обуви, ни харчей. Михайловские связисты говорили, что Миронов дал телеграмму Ленину, просит у него денег и даёт согласие воевать за советскую власть. Казаки, которые не записались у Миронова, ушли в Новочеркасск.

– Много ушло казаков? – спросил Калинин.

– Человек сто пятьдесят, – ответил хозяин.