Вслед за Бурей. Бремя сильных

Под руками Безродного первый ярус коптильни раздался огромной дырой, и скользкая рыба посыпалась ниже. Вслед за ней внутрь короба вперед бородатой башкой отправился и орущий Маждяк. Там в глубине крик Безродного резко сменился визгом – липкий горячий жир встретился с кожей Чажана. Обожженный человек принялся яростно дергать конечностями, окончательно доламывая хлипкую конструкцию.

Все эти события уместились всего в три удара сердца. Не успел еще бородач продавить дно коптильни, а Инга с Кабазом уже ухватили Чажана за ноги и потащили обратно.

Извлеченный наружу Маждяк выглядел просто ужасно. Все лицо, грудь и руки Безродного были перепачканы жиром и облеплены остатками раздавленной рыбы. Бедняга натужно стонал, пытаясь дрожащими пальцами прочистить глаза, но лишь еще больше размазывал липкое месиво.

– Быстрее! Нужно все смыть водой! – рыбачка тянула Безродного к краю откоса. – А мы пока попробуем коптильню спасти.

Маждяк съехал на заднице с кручи и, не разбирая дороги, бросился к озеру. На пляже встревоженные возгласы быстро сменились хохотом.

Пленники же наконец-то остались одни. Падая на колени возле разбитого короба, Инга резко скомандовала:

– Сюда!

Кабаз опустился на землю рядом с подругой и потянулся было за уцелевшей рыбешкой, но, услышав первые слова девушки, так и застыл с поднятой рукой.

– Слушай внимательно. Времени мало, – полушепотом зачастила Инга. – Сегодня же нужно бежать. Другого выхода нет – особенно у тебя. Уже этой ночью нас могут убить. А не этой, так следующей.

Как только вернется Маждяк или кто-то другой, выбирай подходящий момент и вали его – с одним ты управишься. Потом забираем копье и лесом на дальний край острова. За нами погонятся. Надеюсь, все разом. Уведем их подальше, запрячемся, а как мимо пройдут, тут же дернем обратно – и в лодку. Должно получиться. Все понял?

– С чего ты взяла, что убьют? – усомнился Кабаз. – Что им раньше мешало? Ведь уже сколько дней, и не тронули.

– Идиот! – процедила сквозь зубы рыбачка. – Они ждали, пока мы коптильню достроим.

Все! Идут. Замолкаем.

По пляжу к откосу и правда уже торопливо бежали Чажаны. Забравшись наверх, Важга зло отпихнул Ингу в сторону и, запустив руку в волосы, принялся скрести черепушку.

– Вот вонючий ублюдок! – Безродный в ярости плюнул себе под ноги. – Это ж надо было уродиться таким кривожопым! В первый же день разломал. Почините, или все сызнова делать? – Чажан обращался к девчонке, давно для себя уяснив, кто за главного в паре Варханов.