Энеида. Новый стихотворный перевод Аркадия Казанского

Настежь створы ворот, – сладко выйти за стены всем можно, —

Видеть брошенный стан от дорийцев, вокруг тишина…

Здесь, – долопов отряд, Ахиллес кровожадный стояли;

30 Здесь был вражеский флот, там два войска сражались, – война!

Удивил непорочной Минерве дар, в поле поставлен

Всей громадой своей; и уже предлагает Тимет, —

С мыслью злой, или Трои Судьба так решила устало, —

В стены града коня ввести, в крепость поставить, совет.

35 Капис, те, кто судил осмотрительней и прозорливей, —

В море свергнуть скорей подозрительный дар; или, нет, —

Там костёр развести, чтоб данайские козни спалились,

Иль отверстье пробить, и в утробе разведать тайник.

Расколов черни мненья, столкнулись стремления, злили…

40 Нетерпеньем горя, тут с холма крепостного возник

Лаокоонт, сбежав пред толпой многолюдной сограждан,

Громко издали крикнул: «Несчастные! Верите в них

Вы безумно, – отплыли враги? Что, уже без обмана

Нам данайцев дары? Вы Улисса не знаете, что ль?

45 Ведь ахейцы внутри за досками укрылись, кровь жаждут;

Возвели враги либо громаду ту, чтоб исподволь

Угрожать стенам, дом наблюдать, да и в город пробраться.

Вы, троянцы, не верьте коню, – в нём обмана вся соль!

Чем бы ни был, страшусь и дары приносящих данайцев».

50 Молвил так он, и с силой тяжёлое бросил копьё

В бок огромный коня, в чрево, древом одетое тайно.

Задрожав, пика впилась; в утробе коня от неё

Отдался удар гулом, так полости глухо гудели.

Коль не воля богов, – ею разум был наш ослеплён,

55 Убедил бы взломать он тайник аргивянским железом, —

И стояла б твердыня Приама, и Троя – гроза.

Видим мы, – пастухи там дарданские с криком поспели,

И к царю незнакомца ведут, ему руки связав,

Хоть и вышел он к ним, и по собственной воле им сдался.

60 Так подстроил он всё, чтобы Трою ахейцам отдать;

Был готов он к обоим исходам, и крепко держался, —

Иль в обмане успеть, иль на верную гибель пойти.