Бумеранг

– А мне это, Гур, знать необязательно. Где мой приятель? В кусты забросили?

В тишине, последовавшей за его словами, отчетливо щелкнул взводимый боек.

– Мы его в багажник сунули. Оглушили малость, связали и сунули… – лысый выдавил это едва слышно. На миг опустил глаза. – Послушай, братан, давай поговорим спокойно.

– А я спокоен! Злым вы меня еще не видели. – Стас Зимин оглядел всю троицу цепляющим взором, рассеянно причмокнул языком. – А ведь, пожалуй, придется вас и впрямь кончить. И не хотел, а придется.

– Да ну? – пропел с заднего сиденья крепкогрудый. – Тогда позаботься сначала о собственной могилке.

Стас быстро взглянул на него. Очень уж уверенно говорил громила – без тени сомнения в сказанном. Наверняка, исполнял обязанности местного начохра. И костяшки – с характерными припухлостями на костяшках, явно набитые на мешках и спортивных макиварах. Грех, такого оставлять за спиной, – может, наверное, и изувечить. А то и убить. И бедного Гуслю тоже, скорее всего, убил он.

Не оглушил, а именно убил. Зимин не видел еще тела, но внутренний голос подсказывал ему, что он не ошибается. Псы, говорят, тоже чуют смерть на расстоянии. Вот и он чуял. Совсем как пес…

Зимин порывисто вздохнул. Снова накатил смертный холодок, и грудь омыло арктическим ветром. И, непрошенное, мелькнуло перед внутренним взором одутловатое лицо Гусли. Честный мент, трудяга и неудачник по жизни, Гусля и смерть принял скверную. Хотя так ли уж скверно для полицейского сгинуть от рук бандита? Воин, погибший в бою, – счастливый воин.

Таким прямая дорога в рай. А впрочем, все это одна философия, ничуть Стаса Зимина не утешавшая. Умер человек – и человек хороший. В итоге пустячная операция грозила обернуться нешуточной бедой. Вернее, уже обернулась. Кто-то должен был за это ответить, и Стас точно знал, что к своим прежним церковным свечам ему придется добавить еще одну. А то и две…

Пистолет по-прежнему смотрел в переносицу широкогрудого, и все, что требовалось от Зимина, это лишь чуточку тронуть податливый спуск.

Именно это он и проделал, действием опережая работу рассудка, опережая внутренний стон. Выстрелом шарахнуло по ушам, брызнувшая кровь угодила в лицо девицы, заставив ее взвизгнуть. Обладатель лысины, побледнев, с ужасом взглянул на Зимина.

– Ты… Ты зря это, браток, сделал. Очень даже зря…

– Да что ты говоришь! – все с тем же каменным выражением на лице Стас перевел пистолет в его сторону.