Бумеранг

– Тебя же из-под земли достанут! На собственных кишках повесят!

– Кто же вы, интересно, такие? – Стас улыбнулся одними губами. – Или крыша крутая? Наперед уверены, что любого подомнете?

Лысый Гур глазами показал в сторону девицы.

– Вот она подомнет. И не лыбься! Она и есть наша крыша. С ней теперь договаривайся, если сумеешь.

– А надо ли договариваться?

– Это Мариночка, – с придыханием произнес лысый, – дочь нашего мэра.

– Муратова? – брови Зимина поползли вверх. Он был готов ко многому, но не к такому.

Оказывается, и его можно было чем-то удивить.

– Вот именно, кореш! Кто бы ни были твои хозяева, уж ее-то ты, хрен, переплюнешь. Потому что уже завтра ее папаша поднимет на ноги всех ментов города. Надо будет, и прокуратуру привлечет, и сыскарей из ФСБ. А уж тогда поймают в два счета. И даже не поймают, а найдут. Где-нибудь в вонючем канализационном колодце – с проломленной головой и отрезанными конечностями…

Бывший спецназовец ударил говорившего без замаха.

Все той же тяжеленной «Гюрзой». Хрустнула чужая переносица, глаза лысого типа обморочно закатились, лицо с костяным стуком ткнулось в руль. Чуть помешкав, Стас коснулся пальцами его шеи, – сердце у Гура не билось.

– И чего ты этим добился? – сидящая на заднем сидении Мариночка зло прищурилась.

– Тишины, – коротко ответил Стас. – Не люблю лишнего трепа.

– Значит, будем молчать?

– Отчего же? – Зимин, развернувшись, пристально взглянул на вельможную преступницу.

 – Вот с тобой-то, душенька, мы и поговорим.

– О чем?

– Да о чем хочешь, – например, о пропавшем полицейском, о твоих нынешних друзьях, о той дряни, которой вы здесь торговали… – Стас перевел дыхание. – Чем народ травила, Мариночка? Героин, метадон или экстази?

Мариночка разлепила пухлые красивые губки и словно пушечное ядро послала в Стаса матерное слово – грубое, совершенно не женское. Было ясно, что юное создание не боится никого и ничего – в том числе и собственного папеньку.

Оттого и занялась бизнесом, за который в иных странах по сию пору рубили на площадях головы. Рука Стаса сама дернулась к прелестному личику, однако в последний момент «кандагаровец» сумел остановить удар. Довольно было и того, что, завидев летящий в ее сторону кулак, девица испуганно дернула головой. Папенька там или не папенька, а очко у дюймовочки было все же не железным.

Судорожно вздохнув, Стас закрыл глаза.