Исмаритянки

Во время погрома она и ещё несколько девушек смогли добежать до лодки и отплыть на безопасное расстояние, где их не смогли достать ни копья, ни стрелы. От пережитого ужаса её тогда трясло мелкой дрожью. Леандра упустила момент и не смогла пополнить ряды мстительниц. Она не участвовала в нападении на обоз, а теперь, навёрстывая упущенную возможность прикоснуться к акту великого возмездия над мужчинами, ликуя от победы, она восторженно заговорила:

– Какой праздник ты нам устроила, заставила дрожать от страха тех, кто посмел посягнуть на нашу свободу, – смеясь, воскликнула Леандра.

Селестрия от такого внимания зарделась и невольно сделала шаг назад, словно желая скрыться. Однако Меотида, ласково улыбнувшись, легонько подтолкнула в спину свою подопечную:

– Ну что же ты, иди, наслаждайся своей славой.

– Хочу поближе рассмотреть их трусливые лица, перекошенные от испуга, – взволнованно проговорила старшая рыбачка и поспешно добавила: – Я и мои подруги будем тебе верными соратницами, пополнив ряды твоего войска.

– Родные мои… – начала было говорить Селестрия, но замолчала. Чувства благодарности и признательности захлестнули её сердце. – Вы так нужны мне, – только и смогла выдавить из себя предводительница исмаритянок.

Поддавшись всеобщему настроению, Леандра призывно выкрикнула:

– А ну-ка, качайте её!

Лес женских рук легко подхватил зеленоглазую красавицу и высоко подбросил её в воздух.

Долго слышались радостные крики в лагере у озера. Так поселянки чествовали свою героиню, которая, сама не ведая того, указала им путь к свободе и независимости.

На заре в овраг, где была назначена встреча, спустился туман. В обволакивающей пелене ничего нельзя было рассмотреть, только где-то недалеко ухнула сова и захлопала крыльями, нарушая утреннее спокойствие. Несколько капель росы упало на круп скакуна, на котором ехала Селестрия. Жеребец недовольно фыркнул, растопырил уши, чувствуя неуловимую для человека вибрацию воздуха.

Старшая охотница еле заметными движениями уверенно направляла иноходца гнедой масти, внешне соблюдая спокойствие, однако при этом крепко сжимая рукоять кинжала.

Наконец в рассеивающейся дымке мутным пятном проявился силуэт мужчины верхом на коне. Всадник подъехал очень близко к дикарке, да так, что коснулся коленом ноги воительницы, и стал нагло разглядывать её. Фракиец держал в руке небольшой бурдюк с вином, к которому часто прикладывался устами. Это был вождь сатров Орлок.