Приключения поэта в заколдованном лесу

 – Шёл и иди дальше!

Поэт вытаращил глаза.

Точняк глючит не по-детски, словно в прострации подумал бывший муж двух симпатичных дам, приеду после отпуска в город, схожу к слесарю- психотерапевту. Развернулся и сделал несколько шагов в глубину леса. Вот кому рассказать, засмеют: Артём, у тебя «крышу скособочило»! Он остановился как вкопанный. Надо придти в себя, успокоиться. Дыши, парень, носом и животом глубже, как дышат йоги, говорят, помогает от нервного перевозбуждения. Посмотри по сторонам. Обыкновенный лес среднерусской полосы.

Ёлки. Сосёнки. Березки. Встречаются дубы и ольха. Лес. Куда он ходил сотни раз за свою жизнь. Привычные, приятные для обоняния лесные ароматы: хвои, мокрых листьев, мха, даже гниющих сваленных ветром или трухлявых деревьев. Где-то стучит дятел. Тук-тук, тук-тук. Ветер колышет кроны деревьев. Они так тяжело и медленно ходят из стороны в сторону под его напором. Значит, я не крезанулся*, подумал он. А что если с ним заговорить? Все равно никто не видит, не подумают что парень, у него, то есть у меня – с головой – аптаун-крейзи* – не в порядке, если это галлюцинация. Хотя он понимал, что это не так, чувствуя спиной взгляд дедушки.

Артём повернулся к лешему лицом.

Лесовик смотрел на него и улыбался. Вполне дружелюбно.

Парень прокашлялся.

– Прошу прощения господин леший, – Артём сконфузился (идиот, « господин леший», ляпнул, а ещё поэт), – не знаю, как вас зовут…

– Ничего, ничего, – ответил командир лесного братства, – поначалу-то с непривычки! – Евсей Макарыч – можешь меня так называть.

Тут Артём вспомнил из отрывочных сведений далекого детства, когда бабушка рассказывала сказки, что если встретишь в лесу лешего, надо попросить у него разрешения, зачем ты пришёл. Будь вежливым, внучек.

– Разрешите, Евсей Макарыч, – смелея и чувствуя себя окончательным придурком, – пособирать грибов в лесу!

– Пособирай, пособирай, – ответил лесной хозяин, – можешь даже вон энтот взять.

Артём увидел гриб- здоровяк, какой пропал после его падения, но уже стоящий метрах в трёх от корневища, под раскидистой нижней хвойной лапой, чуть ли не касающейся иголками земли. Он даже шляпкой как бы подпирал ветвь. Артём сделал несколько шагов к нему, гадая: опять какой-то подвох, и гриб исчезнет, или ещё смешнее, начнёт бегать от него как его маленькие собратья, и получится мультипликационная ситуация, или реально он его сейчас «упакует».