Планета по имени «Рай!». Книжка снов

Космические перелеты давно вышли из моды и стали анахронизмом ещё 100 лет назад. Гораздо проще стало посылать себя по @-факсу. Даже если связь не очень надежна и при пересылке возможно повреждение персонального кода, твой @-двойник получит необходимое количество органов и опций, принятых по умолчанию в перципиентном регионе. И удивляться тут нечему, даже если на планете X ты будешь разгуливать в виде лысеющего шестирукого бодхисатвы с хвостом игуаны и рожками виноградной улитки.

А необходимость удивлять и удивляться в этом мире все же осталась.

Этот рудимент человеческой психики, что и составляет основную трудность профессии театрального режиссера. Театр, как ни парадоксально, не умер, как кино, музыка или литература.

Театр стал неотъемлемой часть жизни людей в нашем ХХХ столетии. Он, пожалуй, единственное, что хоть как-то отвечает человеческим культурным запросам. Вопрос, на самом деле, в другом: зачем планете P-SE-11 понадобился театральный режиссер – то есть я, покорный вам слуга.

Ведь там, куда я летел своей собственной персоной, посасывая одиннадцатую или сто одиннадцатую коньячную тянучку, народу-то было всего ничего, не больше чем в двух-трех псковских деревнях после дачного сезона.

В корабельный буфет я заглянул от зверской неудовлетворенности в животе от коньячных конфеток, вскоре после того как капсулы открылись, и обнаружил, что на планету P-SE-11 лечу не я один.

В пустом буфете в черном иллюминаторе отражалась Une бледная рожа еще одного любителя персональных перелетов.

В самом деле, есть такие чудаки, которые не доверяют @-факсу. Их можно понять. Твой @-фантом теоретически может взбунтоваться и заявить своё право носителя персонального кода. Тогда хлопот с ним не оберешься.

Я сел за соседний столик и тоже отдернул шторку. Моя физиономия бледной медузой нависла над незнакомыми созвездиями. Солнечную систему с крошечной звездой посередине я искать не стал. Зачем? Весь основной звездный атлас в виде светящегося цветного миража был отпечатан на столике.

Под левым локтем оказалась Кассиопея. Заказанную рюмку коньяка, стюарт поставил на Плеяд.

– Мы здесь, – пояснил он и тут же передвинул рюмку на сантиметр. – А теперь – здесь. Сорок астрономических узлов в секунду.

Я отпил глоток и поставил рюмку на место. По столику-планетарию тихо ползла красная лазерная букашка – очевидно, это и был наш «Гончий Пес Флаерс-306».