Замок на двоих. Королева неблагого двора

– Заткнись сейчас же! – рявкнула я, отбежав от него и потирая ушибленную коленку.

Бесполезно… Освободившийся Айкен мгновенно рухнул на пол и застучал головой уже в каком-то немыслимом темпе, словно на барабане играл.

Я огляделась, желая только одного: любым способом прервать этот кошмар. Ага!

Облитый водой из большого хрустального графина, брауни действительно замолк, но остался в той же позе. Торчащая кверху задница, обтянутая коричневыми штанами, притягивала взор, и я злорадно вылила на нее остатки водички.

– Молчу, молчу-у! – с подвыванием отозвался Айкен и протянул ко мне руки. Все четырнадцать пальцев были скрючены и тряслись. – Но леди простит?! Простит своего убогого слугу? Простит несчастного?!

Бам-бам-бам! Но уже не так интенсивно.

Все же вот это опыт у него, а? Унижения на уровне профессионализма! У тебя так попросят прощения, что ты отдашь все, лишь бы наконец закончили!

– Прощаю! – гаркнула я в голос. – Все прощаю! Прекрати немедленно!!!

– Желание моей королевы – непреложный закон! – заявил он.

– Тогда встань, – предложила я, слегка успокоившись. До меня начала доходить причина его истерики…

– Но леди Элеонора, величайшая из прекраснейших, простила?

– Да, да! И я разрешаю тебе обращаться ко мне, как прежде! Айкен, ну пожалуйста!

Меня уже начинало нервно потряхивать. Настолько стремительных перемен в общении я не ожидала. Все же некоторая заботливая хамоватость Айкена казалась мне незыблемой вещью из категории “солнце встает каждый день и Айкен скандалит каждый день”.

Брауни таки поднялся. Сложил лапки на груди, словно пряча дрожь, встряхнулся по-кошачьи (воды в графине было литра два) и заискивающе спросил:

– И великолепная королева не станет жаловаться его величеству?

– Да на что, боже мой! И я еще не королева.

– Да что там – жалкие три дня… – пробормотал Айкен.

Я смотрела на него, пытаясь понять: это вот он придурялся так гениально или и вправду считает, что должен теперь передо мной пресмыкаться?

Брауни тоже на меня косился из-под кустистой брови.

– А что ты такое сделал, что я должна обидеться?

– Обратился к прекрасной королеве на «ты», – пояснил он. – Но бедный Айкен просто забылся! Забылся! Не хотел!!!

– Стоп! – Правильно, значит, угадала. – Повторяю: называй меня просто «Элла» и на «ты». Ну мы же друзья, в конце концов, Айкен!

– Друзья?..