Последний репортаж, или Летопись проклятой миссии

Из штанин широчайших шорт торчали тонкие, кривые, волосатые ноги, которые заканчивались розовыми сланцами.

Спутница была почти вдвое ниже молодого человека и вдвое толще. Некрасивое широкое лицо её было перекрашено сверх всех норм приличия, но красоты от этого не добавилось. Светлый сарафан в мелкий чёрный горошек туго сидел на пышной фигуре. Ярко-красные носки, надетые с белыми босоножками, кричали о бунтарском сознании хозяйки. Или о некотором дисбалансе в семейном бюджете.

– …доброе утро, – минорно завершила Бочарова свою пламенную речь.

 – Вы кто?

Новые попутчики оказались молодой супружеской парой, направляющейся домой, в деревню Буркино. Денег на транспорт до родного дома им не хватило. Не рассчитали траты.

– По пути, – резюмировал длинный, услышав, куда движется журналистская бригада.

Все посмотрели на Бочарову с надеждой. Она было скривила губки. Но неожиданно её что-то сильно привлекло в молодом человеке. На мгновение она напряглась, так что вздулась вена на шее.

Потом судорожно вздохнула и изрекла свой непредсказуемый вердикт: «Садитесь».

Но новые попутчики не двинулись с места. Долговязый молодожён указал на заднее правое колесо «Ларгуса». Оно было спущено. Пашка присвистнул и полез в багажник за запаской. Остальные пассажиры вывалили на обочину, разминая затёкшие от долгого сидения тела.

И завязали знакомство с попутчиками. Их звали Витёк и Любаня. Они ездили в Саратов к тёще Витька.

Когда визит вежливости был закончен и супруги отправились в своё Буркино, проблемы и начались. Попив пивка в одном из придорожных шинков, Любаня и Витёк «вдруг» заметили, что денег на дорогу не осталось. Трагедия? Увы, но нет! Потому что добрые люди есть везде.

В момент увлекательного рассказа Витька о марках с утреца продегустированного пива Алексей расчехлил камеру и на авось начал снимать фрагменты для очередного выпуска Бочаровской программы: лесопосадки вдоль шоссе, дорожные указатели, мешки с мусором на обочине, группу журналистов, машину.

Подойдя ближе к Пашке, колдующему с автомобильным домкратом, он услышал негромкий разговор.

– …это же дурной знак! Паша, дорогой, давай уговорим Таньку перенести поездку? Я что-то чувствую нехорошее! – таким тоном Наталья никогда и ни с кем не говорила. Голосом «на слезах» она не играла. Похоже, слова были искренни. Алексей напрягся, насторожился.