КРЕПОСТЬ ТЕЛЬЦОВ

– Что будет, когда я узнаю все? – с некоторым удивлением спросил Мекит, продолжая стоять. Но руки скрестил на груди, и Фрам наконец выдохнул.

– Когда ты узнаешь все, ты будешь молчать! – прошипел Рикатс с впервые прорезавшимся раздражением. – Не потому, что я так сказал – сам поймешь, что это необходимо.

– А если не пойму? – продолжал упорствовать Мекит.

– Если даже такой умный парень, как ты, не поймет, – голос Рикатса стал пустым и безжизненным. – Значит, я просто старый толстый осел. И никому не будет хуже, если я сдохну в самое ближайшее время.

– Убедил, – улыбнулся Кинжал и присел за краешек стола.

Словно по команде появилась служанка. Отсутствовала она явно более длительное время, чем требовалось для подготовки заказа. Осторожность, которая в данной ситуации равна мудрости. Кроме того, она сообразила прихватить пустую кружку и для Мекита. Девчонка нравилась Фраму все больше. В голову закралась мысль, а не стоит ли под старость лет украсить свой дом молодой, расторопной и не слишком глупой хозяйкой… Абсолютно неуместная мысль.

Горелый повел плечами и ненужно ворчливым тоном приказал служанке закрыть таверну. После чего посмотрел в глаза Рикатсу:

– Говори.

На этот раз тот не стал тянуть время. Весь подобрался, лицо обрело жесткость. А выпитые им два кувшина пива… Наверное, это Фраму просто показалось.

– Что ты знаешь о Глазе, Горелый?

Вот так вопрос… Интересно, насколько издалека он зашел? Возможно, это только затравка разговора? В конце концов, все разговоры в последнее время так или иначе касались этого одноглазого атамана.

И не мудрено…

– Мне кажется, – очень осторожно начал Фрам, – что вор по имени Бурдюк смог бы рассказать о своем бывшем лучшем друге гораздо больше меня.

Рикатс поморщился.

– Бурдюк… Бурдюк смог бы рассказать о совсем другом Глазе. О безродном бродяге, о самом рядовом воре, недалеком и несдержанном. А мне нужно знать про Глаза-полководца. Про атамана, завоевавшего уже десять Земель Зодиака и стоящего теперь на нашей границе.

Тот Глаз, которого знал Бурдюк, с трудом мог управлять самим собой, не то, что самой большой армией, которую знал этот мир.

Фрам взял кувшин и разлил пиво по кружкам. Рикатс не сказал ничего нового для него. Он и сам частенько ломал голову над этой загадкой. Конечно, люди с годами могут меняться. Могут поумнеть. Могут открыть в себе неожиданные, ранее дремавшие таланты. Но не так же стремительно! Кроме того… Маленький щенок может вырасти в большую собаку.