Из Бобруйска в Сомали

Случаев-то, понятно, много было, по несколько таких на дню, но прознали именно про этот. Ну и тогда ввязалась прокуратура и все остальные ведомства. В итоге тех двух старших посадили на 2,5 и 3 года в тюрьму с последующим возвращением в войска, чтобы дослужить, сколько им оставалось по сроку. Весь суточный наряд уволили: мичманов, офицеров, вместе с командиром части. Ну и обстановка такая, что старшие наши дико злы, поскольку их так воспитали их старшие. Поэтому лучше делайте всё максимально быстро, без вопросов и залупательств.

Иначе все будут страдать.

Нас распределили по роте, выделили каждому спальное место (шконарь), тумбочку (баночку) для личных вещей и по одной табуретке (опять же, баночке) для укладки формы перед отбоем. Всякое возвышение от уровня пола тут называлось банкой или баночкой. Под это определение попадали стулья, табуретки, скамейки. Флот есть флот, и традиции его славны, но почему баночка? Оказывается, если заглянуть в военно-морской словарь, то увидим: банка 1) мель в море среди глубокого места; 2) поперечная доска в шлюпке, служащая сиденьем для гребцов.

Таким образом, многие из обычных предметов обихода получили общее название – банка.

Что касается шконарей, то такое название перекочевало на флот из тюремного лексикона и закрепилось навсегда. Случилось это тогда, когда на флот призывались люди, бывавшие в местах не столь отдалённых или же одурманенные тюремной романтикой.

Постельное бельё – две простыни, наволочку и вафельное полотенце – нам выдал баталёр, ответственный за вещевое имущество.

Никаких пододеяльников. Белыми их назвать было сложно, скорее серыми, но всё было чистым. В чистоте белья нас клятвенно заверили, объяснив это тем, что вши и прочие заразы тут никому не нужны. Максим провёл очередной мастер-класс по заправке шконарей и показал, как делать откидку.

Завтра нам нужно будет проснуться, одеться во всё военное, проклеймённое, и начать свою настоящую службу, а пока нужно было поскорее уснуть, ведь «только сон приближает к увольнению в запас».

Интересная вещь. Я призвался в двадцать четыре года, имея за плечами внушительный жизненный опыт и высшее университетское образование по специальности «информатик-социолог». Мне сразу были понятны правила игры, и я их принял. По-другому было нельзя. Принимая правила, ты получаешь возможность для свободного манёвра. Я рассматривал всё как игру. И вот что понял: армия – это срез общества в моменте.