Спортивное пиратство для начинающих

По сторонам его, за стёклами шкафов, лежали всевозможные пыточные орудия, при одном лишь взгляде на которые уши наполнялись фантомными воплями терзаемых жертв, и склянки, исписанные загадочными символами «O(I) Rh+» и «AB(IV) Rh?».

От картины же, открывшейся нам за следующей дверью, сердце моё нырнуло в наполненные липким ужасом глубины пяток. Свет ослепительно ярких фонарей заливал комнату. Воздух дрожал от гула исполинской машины, что целиком заполняла собою дальний угол. По сверкающим медным бокам её то и дело пробегали синие молнии.

Всё тот же – а, может, просто похожий – монстр с натугой вращал приделанную к машине кривую рукоять. Разноцветные жидкости пузырились в колбах и ретортах, перетекали из одного сосуда в другой по извивающимся как змеи трубкам. Граф Стокеш, облачённый в белую мантию, высился над затянутым белой материй алтарём. Руки его были раскинуты в стороны, лицо обращено к небу.

– Диагносис экс ювантибус. Абитус аэгроти ин оптима форма, – бормотал он таинственные заклинания.

 – Она жива!.. Она жива!

Сидевшая на алтаре Белль и впрямь выглядела живой. Смотрелась в ручное зеркальце и деловито оправляла пришедшие в беспорядок локоны. Патрик метнулся вперёд. Оттолкнул Стокеша, встал между ним и девушкой.

– Даже не думай прикоснуться к ней, исчадие ада! Ты не пройдёшь! – на этом запас решимости его, по-видимому, исчерпался, потому закончил он уже другим тоном: – Если тебя… вас… не затруднит не проходить, конечно же… Спасибо… Извините…

Монстр бросил крутить рычаг и с жалобным писком укрылся за машиной.

Гул стих, в комнате сразу же стало темнее.

– О, мой спаситель, мой герой! Прильни же скорее к моим жаждущим устам! – управившись с причёской, Белль деловито распахнула объятия и выпятила губы.

Патрик в один миг сделался белее Стокеша. Помешкав, робко потянулся к девушке.

– Да не ты, дурак!.. Вот он!

Стокеш, на которого указывал палец Белль, в свою очередь сделался белее Патрика.

– Гм… Милая барышня, я, разумеется, благодарен вам… хм… за благодарность… Но, боюсь, профессиональная этика не позволит мне её принять. Видите ли, отношения между врачом и пациентом не допускают…

– Паци… кем?! – в голосе Белль звучало нечто, заставляющее усомниться в том, что самым страшным в этой комнате был монстр.

– Ах да, прошу прощения, я же не представился. Граф Стокеш, доктор медицины. Очень рад знакомству, – он повернулся к Патрику.