Неспящие. Проклятие рода фон Зальц

Зажав нос, она все же заглянула в одно из стойл… и сразу же отпрянула – свалявшаяся солома была странно черной, доски в перегородках разломаны, словно несчастные животные бились о них, пытаясь сбежать или защититься от кого-то. Бертиль даже показалось, что она слышит их отчаянное ржание!

Она уже хотела уйти, но тут ее внимание привлекла одна деталь. На одной из стен четко виднелась глубокая тройная борозда, а дальше доски были пробиты, словно мечом или же… когтями?! Девушка поспешила уйти прочь.

И лишь сейчас она поняла, что не давало ей покоя все это время: вокруг было слишком тихо! Не лаяли сторожевые псы, около кухни не было видно кошек, даже птицы и те молчали!

Девушку охватил липкий страх.

Дом теперь напоминал ей затаившееся чудовище, готовое ее проглотить, неестественная тишина больше подходила кладбищу, чем людскому жилью. Бертиль всерьез задумалась: а правильно ли она сделала, что вернулась? Это место явно не походило на то, что она знала раньше!

Чтобы хоть немного успокоиться и развеяться, девушка решила пойти в часовню, где она в детстве проводила не меньше времени, чем у фонтана.

Там было тихо и спокойно. Там можно было ненадолго забыть о внешнем мире и о страхах.

Но когда Бертиль увидела здание, то замерла, как вкопанная. Двери часовни были наглухо заколочены, крест на крыше потускнел, витражи в окнах выбиты. Потрясенная до глубины души, девушка подошла к одному из окон и, поднявшись на носки, заглянула внутрь. В полумраке ей удалось разглядеть алтарь, скамьи, а вот креста нигде не было.

Или же она просто его не видела?

– Господи! – прошептала девушка. – Что случилось с этим домом?! Зачем я только приехала сюда?!

Увы, ответов на эти вопросы не было. Бертиль уже направилась в сторону особняка, как вдруг ее ухо различило звуки, похожие на шаги. И доносились они из часовни!

Похолодев, девушка осторожно подошла и приложила ухо к дверям. К окнам она теперь бы не сунулась ни за что, ибо страшилась того, что могла увидеть!

Внутри действительно кто-то был! Бертиль слышала, как неизвестный тихонько ходит, то отдаляясь от двери, то приближаясь.

Шаги были осторожными, словно обитатель часовни тоже боялся. Хрустнуло раздавленное стекло, и внутри мигом настала тишина. Минут десять ничего не происходило, но затем раздался почти неразличимый шорох, словно кто-то что-то осторожно собирал.

Бертиль хотела заорать, но горло перехватило, и крик так и не родился.