Детство в европейских автобиографиях: от Античности до Нового времени. Антология

Геликон был обителью муз; в своем произведении «Причины» («Aitiа») поэт Каллимах из Кирены рассказывает о сне, в котором он снова стал молодым и беседовал с музами на Геликоне. В честь муз на Геликоне был построен храм, в котором находятся статуи всех муз. Родник Гиппокрена служил источником вдохновения для поэтов. В конце VIII века до нашей эры поэт Гесиод писал о том, как в молодости он пас овец на склонах Геликона, а на вершине танцевали музы и Эрос. С тех пор Геликон стал символом поэтического вдохновения.

Каллимах из Кирены поместил эпизод с ослеплением Тиресия на Геликоне. С упоминания о Геликоне также начинается «Теогония» Гесиода. В геометрическом гимне Посейдону бог назван «владыкой Геликона». Римские поэты также использовали в своих произведениях мифы о Геликоне.] покидая,

Превозмогая себя, прозой старался писать, —

Сами собою слова слагались в мерные строчки,

Что ни пытаюсь сказать – все получается стих.

Год за годом меж тем проходили шагом неслышным,

Следом за братом и я взрослую тогу надел[90 - Белую тогу вместо окаймленной детской тоги надевали при совершеннолетии, около 16 лет.].

Пурпур с широкой каймой[91 - Туника с широкой пурпурной каймой означала намерение молодого человека домогаться государственных должностей, ведущих в курию, в сенат; узкая полоса, наоборот, означала намерие оставаться во всадническом сословии.

] тогда окутал нам плечи,

Но оставались верны оба пристрастьям своим.

Умер мой брат, не дожив второго десятилетья,

Я же лишился с тех пор части себя самого.

Должности стал занимать, открытые для молодежи,

Стал одним из троих тюрьмы блюдущих мужей[92 - Одним из триумвиров по уголовным делам.].

В курию мне оставалось войти – но был не по силам

Мне тот груз; предпочел узкую я полосу.

Не был вынослив я, и душа к труду не лежала,

Честолюбивых забот я сторонился всегда.

Сестры звали меня аонийские[93 - Музы, обитательницы Геликона в Беотии (Аонии).] к мирным досугам,

И самому мне всегда праздность по вкусу была.

Знаться с поэтами стал я в ту пору и чтил их настолько,

Что небожителем мне каждый казался певец. <…>

Лукиан из Самосаты

(ок. 120 – ок. 185)

Сирийский грек Лукиан – фигура пограничная.