Встретимся через вечность

Иван тоже счёл этот жест утвердительным и продолжил:

– Сегодня же всё узнаем, но дело это небыстрое. Понимаешь, Никит, одного тебя тут не оставят…

Никита вскинул глаза. Этот взгляд, полный отчаяния, гнева на несправедливость мира, Иван еле выдержал. Бедный парень! А впереди у него страшный день похорон…

– Алина с мамой приедут к тебе в десять, хорошо? Будут с тобой сегодня. Держись, брат…

– Хочешь, я сейчас останусь? – подала голос Алина.

– Нет.

Страстно желая остаться одному, Никита уже закрывал дверь, прячась в своё ненадёжное укрытие, словно не достанет его здесь никакая беда.

Отправив Алинку домой, Иван поехал в школу. Как оказалось, появился слишком рано, и длинные коридоры этого заведения, где дают знания тем, кто согласен их взять, были ещё пусты.

Только в сумерках он вернулся домой, сделав первый шаг, получив впечатляющий перечень документов, которые необходимы для оформления опекунства. Жена с дочерью явились вечером. Молчаливые, с измученными, каменными лицами.

Алина сразу скрылась в своей комнате.

– А Никиту забрали… Прямо там, – Мария села за кухонный стол напротив мужа. – Увезли, как арестанта. У этих людей камень вместо сердца…

Ошеломлённый, Иван вскинул на неё глаза и замер. Её вопрос остался без ответа. Иван тоже многого не понимал в этой жизни, не понимал и не принимал её жестокости и несправедливости, иногда ему было по-настоящему стыдно за некрасивые человеческие деяния. Такие, как это…

Глава 6

Комната, в которую привели Никиту, вопреки ожиданиям, была просторная и светлая, с цветами на окнах, притаившимися за голубыми шторками, и это немного сбило его с толку.

Кроме того, Никите вовсю улыбалась встретившая его здесь Наталья Николаевна, судя по дверной табличке, заведующая этим Центром содействия семейному воспитанию. Она была приветлива и дружелюбна, ненавязчиво рассказала о правилах, заполняя какие-то бумаги и через слово повторяя, «всё будет хорошо». А ему, настрадавшемуся до предела, было уже наплевать, накатило равнодушие к своей жизни, к своему будущему. Даже хорошо, что он будет тупо следовать чужой воле.

Никита ещё не понимал, что новая обстановка спасёт его. Дома, натыкаясь глазами на вещи своей мамы, живя в покинутом ею мире, он бы надолго застрял в своём горе, оно держало бы его фотографиями на стенах, её зубной щёткой в стаканчике, тюбиком маминой помады на полке в прихожей.