Шахматы для одного

Эдмунду нравился Дэн, он несколько раз предлагал обратить его, но Джек всегда давал отрицательный ответ. Однажды в рукопашном бою Дэна ранили прямо в сердце, тогда Эдмунд и обратил его.

– А как тебя обратили? – аккуратно спросила Юлия, бросая скромный взгляд на собеседника из-под своих пышных ресниц.

– Когда началась вторая мировая война, мой отец погиб при бомбежке, – вспоминал Альберт, – Мы жили тогда во Франции. Дэн воевал на стороне СССР, и в 1945 году он забрал меня из пустого заброшенного и разрушенного дома.

Мне было десять лет. Он привез меня к Джеку и Эдмунду. Я рос, зная, что мои названные братья несколько отличаются от людей. Эдмунд обратил меня на мой двадцатый день рождения.

Юлия заметила, что кружка Альберта опустела, быстро полетела к чайнику, налила еще кипятка в чашку, подвинула поближе к гостю тарелку со сладостями и продолжила расспрашивать:

– А где сейчас Эдмунд?

– Надеюсь, далеко от этого места, – сквозь зубы сказал Альберт и сжал кулак так, что стало видно вены на руках.

– Что между вами случилось?

Тут Юлии и самой показалось, что она слишком много спрашивает и уже наверняка перешла все границы приличия, а после такого нетактичного вопроса Альберт и вовсе уйдет, не слова не проронив. Она приготовилась извиняться за свое любопытство, но Дейли опередил ее слова.

– Глаза открылись, – посмеялся он, не собираясь никуда уходить и не держа обиды за череду личных вопросов, – В вашей структуре есть иерархия, в нашей тоже.

Эдмунд, скажем так, президент Соединенных Штатов вампиров. Он не лучший их представитель, был ужасным человеком и после смерти не изменился. Он нами манипулировал, пытался сделать из нас личных помощников, давал нам гадкие задания. Мы ушли от него, но он нас не отпустил и не простил. Я бы не хотел, чтобы ты его когда-нибудь увидела.

– Мне жаль, что так вышло, – сочувственно прошептала Юля, – Ты ведь доверял ему.

– Я не испытывал к нему никаких теплых чувств, – честно признался Альберт, – а вот по Джеку это в свое время очень ударило.

Но Женя смогла вернуть его прежнее состояние и даже усовершенствовала модель.

– Усовершенствовала! – повторила младшая Трубецкая и расхохоталась, – Ты останешься на ужин сегодня? – успокоившись, спросила она.

– Если ты приглашаешь, останусь с радостью, – улыбнулся Альберт и одним глотком выпил свой чай.

– Я тебя приглашаю, – кокетливо ответила юная красавица.