Любовь, похожая на смерть

Солод неопределенно хмыкнул. Можно было так понять, что учебу за границей он не одобряет. Липатов дал задний ход:

– Ну, с Англией еще ничего не известно. Да и чем их учителя лучше наших? Один пустой гонор. А деньги берут такие….

– Теперь о деле, – прошептал Солод. – У меня двадцать процентов акций комбината, у тебя двадцать шесть. Остальное у мелких акционеров и государства. Мне нужен пятьдесят один процент, не меньше. Тебе и десяти хватит. Ну, в деньгах ничего не потеряешь. Если будешь хорошо работать.

– Но как же…

– Хорошо работать и выполнять мои решения, – закончил мысль Солод.

 – В том месяце соберешь внеочередное собрание. Доведи до общего сведения: предприятию нужны инвестиции на развитие и оборотные средства. Поэтому необходима дополнительная эмиссия акций. Твоя задача – размыть долю государства и акционеров до пятнадцати процентов. Не больше. Понимаешь?

– Но акционеры… Может случиться большой скандал. Очень большой. С ними будет нелегко договориться.

– Мои ребята договорятся. Понял?

Липатов подхватил с пола папку и, пятясь к двери задом, пробормотал «спасибо» и «доброго здоровья».

Оставшись один, Солод придвинул ближе пепельницу, уже полную окурков, пустил дым и стал вспоминать, сколько лет знает Липатова. Но не вспомнил точную цифру. Лет восемь, не меньше. В пору их знакомства Липатов был преуспевающим бизнесменом, который высоко задирал нос, а на Солода глядел сверху вниз, словно на собачку, таскающую хозяину тапочки, или на безответного слугу. Он считал Леонида Ивановича человеком нечистым на руку, построившим карьеру за счет удачной женитьбы.

Липатов отпускал в его адрес иронические, а порой оскорбительные замечания, думая, что друзья не донесут. В ту пору он совсем не разбирался в людях. Да и сейчас ничему не научился.

Если бы не помощь тестя, Солода близко не подпустили бы и к таким, как Липатов, и ему подобным персонажам. Гоношистая компания вращавшихся в самых высоких кругах, все они – члены Ротари-клуба и ряда других привилегированных закрытых сообществ.

Теперь к Солоду отношение прямо противоположное. Тот же Липатов прекрасно знает, что старый знакомый может втоптать его в грязь. Может в этой грязи утопить. А может из нее вытащить. Поэтому и бегает на цырлах и, переступая этот порог, забывает о своем радикулите.

Да… Теперь пришла очередь Липатова приносить тапочки. Обещанные десять процентов акций он не получит, потому что Солод заберет предприятие целиком. Бизнес – это не женщина, он на двоих не делится.