История почти Всего – 2

Сталин, с неожиданной стороны. Надежда Аллилуева часто ходатайствует за своих арестованных знакомых. Как-то так получается, что большинства из них по разным причинам («инфекционные болезни» и прочее), к моменту ее обращения, уже нет в живых. Ссоры между супругами учащаются. Кроме прочего у Надежды за время супружества, согласно медицинской карте, уже десять абортов. Все это ей смертельно надоедает. 7 ноября 1932 года, на праздничном банкете в честь годовщины Революции Сталин приказывает Надежде «Эй ты, пей!».

Жена вскрикивает «Я тебе – не Эй», встает и уходит. Позже она несколько раз звонит из кремлевской квартиры мужу, не получает ответ, закрывается в комнате, пишет письмо, которое никто, кроме Сталина не прочтет, и стреляет в себя из карманного «Вальтера». По другой, распространенной, но мало правдоподобной версии, Сталин сам убивает жену. Это происходит то ли из-за политических разногласий, то ли, в конце концов, из-за неразрешенных сексуальных проблем. Некоторые исследователи считают даже, что Надежда Аллилуева – дочь И. Джугашвили. С ее матерью, Ольгой, революционер близко знаком с 23-х лет. После этого Сталин уже не женится. Его любовницами по слухам, становятся певица В. Давыдова (на то время ей 28 лет), спустя 19 лет – Валентина Истомина, медсестра, экономка на даче Сталина. Неосмотрительно на последнюю привязанность вождя обращает внимание лучший охранник – генерал Власик. С 1952 г. он оплачивает это мимолетное увлечение своей карьерой, затем и свободой (освобождается из ссылки по амнистии 1956 г). По другой версии, Власик уличается в разглашении информации о здоровье вождя, неправильном ведении хозяйственных дел на Кунцевской даче (насчитывающей, кстати, 76 человек обслуги только первой линии). Валентина, избитая Сталиным, отправляется в Магадан (ее вернут по приказу заболевшего «второго мужа» на военном самолете). Вождь, остающийся без высокопоставленного, преданного, хоть и шаловливого телохранителя, погибает. С 1934 года Сталин становится божеством. Любовь к вождю, безоговорочная, захватывающая все сознание, становится единственным способом не совершить ненароком что-то выдающееся из общей линии. Обычно правительство легально делится на разномастные партии. Одна из них побеждает на выборах, и формирует кабинет министров. При Сталине малейший намек на самосознание считается государственной изменой, карается «десяткой» лагерей, либо «вышкой». Не Сталин создает новое общество.