Великое расширение

Этот остров был относительно плоским, разве что по всей его длине тянулся невысокий холм. Рельеф напоминал их родной остров, и только мангровые заросли образовали плотную преграду на пути к суше. К такому берегу на лодке не пристанешь. Да и зачем? Достаточно приблизиться к острову.

– Да как же это… – пробормотал Па.

– Смотри, Па! – крикнул А Боонь. Его круглое лицо сияло от восхищения.

Па вспомнил ухмылку А Ки, молчаливое сомнение в глазах Гим Хуата. Они решили, что он спятил. На миг он засомневался в том, что видит.

Но нет, рыбаки ошиблись, а он прав. Вот он, остров.

Они поставили сети – скоро они наполнятся рыбой. И она принесет им деньги на знахаря, на еду, на школу.

– Молодец, А Боонь, – похвалил Па.

Румянец на щеках А Бооня заалел еще гуще. Мальчик расплылся в странной, словно пьяной улыбке. В тот момент Па снова чувствовал себя юным, и по мере того, как лодка приближалась к острову, у Па крепло решение одной вылазкой не ограничиваться. Солнце жарило что было сил, море трепетало, будто напружиненная мышца, впервые суля безоблачное будущее.

Сети наполнялись серебряными рыбинами.

Глава

6

Ход жизни А Бооня изменился. Или, возможно, это он сам изменился, сделался весомее, даже тело стало иным, более крепким. Прежде у него получалось передвигаться незамеченным, разве что чувствуя время от времени руку отца у себя на голове, притом что взгляд Па проходил сквозь него, зато теперь глаза всех домочадцев обратились на него. Любовь Ма была не в новинку – А Боонь знал окутывающее тепло закоулков ее любви, сумрак, в котором он мог исчезнуть.

А вот Па изменился тоже. Он дожидался А Бооня на веранде и радостно окликал, когда мальчик возвращался из школы. И Хиа было не узнать. Его зависть заглушали детский восторг от того, что они открывают новые острова, и жажда говорить о них. Такой старший брат был Бооню в диковинку.

Близость между ним и родными окрепла, но особенно он сдружился с Дядей. В тот первый вечер, когда они снова отыскали остров, А Боонь, едва сойдя на берег, с ликованием бросился рассказывать Дяде новости.

Он вбежал в спальню, где, окутанный тяжелым облаком запахов, дрожал на кровати Дядя, и затараторил: они отыскали остров, сети того и гляди лопнут от рыбы, у них теперь будут деньги на знахаря! Лицо Дяди озарила широкая улыбка, и на секунду залегшие под глазами темные круги будто исчезли, щеки округлились и он опять сделался прежним – сильным и крепким.