Длань Судьбы

… Креолис… В гостях у Марона… Лууна…

Неловко пригладив топорщащиеся во все стороны белые кудряшки и поправив ужасно мятую юбку и рубашку, я почувствовала себя жутко неопрятной и ни капельки не выспавшейся. Перед сном никто и не додумался даже снять с меня ботинки, а спать в уличной обуви не удобно! Спала я, конечно, как убитая, но прилива сил после такого сна я не ощутила, и настроение у меня было соответствующее.

На скромную кухню я пришла поникшей, в ожидании очередного подвоха. Нельзя было ожидать чего-то хорошего от человека, который так рьяно меня запугивал, но, надо дать ему должное, кровать свою уступил, пожалел меня и даже не разбудил.

Подвоха я не находила, зато нашла Марона. Он снова хозяйничал у плиты, отставив свою трость в сторону. Алсо и Дипер наблюдали за своим хозяином со своей громадной лежанки.

Одет был Марон в очередной новомодной расцветки костюм, в этот раз мой глаз не радовала голубая клетка. Мое настроение упало еще немного. Не любила я современную моду – и все тут.

Вчера мне было некогда рассматривать мужчину более внимательно, зато сейчас я очень подробно рассмотрела его лысую голову, кошмарный шрам на левой верхней половине лица, щетину, которая стала более явной со вчерашнего дня. В какую же передрягу попал этот человек? И хочу ли я это знать на самом деле?

– Доброе утро! – поприветствовал меня мужчина с улыбкой маньяка.

Однако он ловко разложил по тарелкам еще шкварчащую яичницу с ароматными колбасками, а добавок еще мелко нашинковал зелень и посыпал сверху обе порции.

– Доброе утро… – угрюмо произнесла я, наблюдая за ошеломляющими меня действиями Марона.

Оказывается, разбойничьего вида хам готовил ничуть не хуже поваров. Мог бы еще вчера вкусно накормить ужином, а не водить зрелую даму по сомнительным заведениям.

– Почему хмуришься? – спросил Марон, выставляя на стол только одну тарелку для меня.

Сам остался есть стоя, прямо у плиты. Не дожидаясь моего ответа, он с аппетитом приступил поглощать свой завтрак.

Я хотела сесть за стол, но испытывала какие-то двоякие, непонятные, чувства. Вроде бы мне положено устроиться на стуле как женщине, тем более в возрасте, но перед мужчиной с явным недугом было как-то неудобно, ведь он сам завтракал стоя. В то же время мне совсем не хотелось задеть его достоинство или нечаянно оскорбить. Все-таки каким-бы ядовитым Марон ни был, пока он не сделал мне ничего плохого, Слава Судьбе, и даже не убил.