История одного гоблина: Cимвол веры

Наконец он решил, что не в силах видеть и остальных своих детей. И создал он множество миров, и расселил в разные миры тех, что остались ему покорны. Так появились старшие боги.

Взгляд упал на еще не остывший жертвенник.

– Вот незадача! – сквозь стиснутые зубы прошипел гоблин, чтобы не ругнуться по-настоящему.

Быка-то для вымогателя Бурбалки он так и не купил. Пришлось снова топать в столицу.

Гарб шел, ругая свою забывчивость. Можно ведь было спокойно завернуть на рынок по дороге от Нунаха, но новости вытеснили все остальные мысли из головы шамана.

Наверняка всю хорошую скотину уже разобрали, и придется потратить не один час на поиски подходящего для жертвы животного.

По мере приближения к цели ноздри уловили тошнотворный запах огромной застарелой мусорной кучи. Больше десятка тысяч лачуг, собранных из подручных материалов, и сотни более надежных строений гнездились плотно друг к другу прямо на культурном слое, оставленном другими обитателями Лумеи.

В незапамятные времена боги дали этому месту другое название – Первичный мир, но оно теперь использовалось только учеными мужами.

И только чтобы подчеркнуть, мол, наш мир – первый из известных миров материи.

Шаман вспомнил об этом и скривился, как от боли. Гобхаты о таких сложных понятиях никогда не задумывались, но о достаточном количестве «материи» всегда заботились. Кушать-то что-то надо. Поэтому, как только куча переставала быть эффективным источником продовольствия и развлечений, царь собирал племена, и все дружной толпой мигрировали к другой большой мусорке.

Отбросов в округе – наследия прочих разумных рас – всегда хватало. Если удавалось найти эльфийскую свалку бытовых отходов, устраивали праздник, ведь в такой куче зачастую попадаются не просто редкие, а уникальные для гоблинов предметы. Деликатесов подобное месторождение тоже дает в избытке.

Впрочем, не мусором единым жив средний представитель подлого или трусливого народца, как презрительно именуют длиннолапых прочие разумные расы. Набеги, периодически совершаемые на соседей, приносили немалый доход.

Также отряды вольных гоблинов устраивали засады на неосторожных путников, рискнувших путешествовать по Большому тракту без должной охраны.

Возле самого рынка к мусорным миазмам начала примешиваться ни с чем не сравнимая смесь из свежего навоза, пота и страданий.

Здесь можно купить что угодно от стеклянных бус до скота и невольников. Рабами обычно выступают обедневшие или провинившиеся гоблины.