Аргентина. Крабат

Выдохнул:

– Так, значит?

Помолчал – и заговорил, глядя в темный потолок:

– Ладно, не пойдем. Ладно, не убьют нас, в лагерь не отправят. И от простуды не околеем, и сифилис не подхватим. Дальше что? Год 1966-й, сидим мы, лысые и пузатые, в пивной. У меня в руках книжка – купил только что. Называется, к примеру… Ну, допустим, «Белый паук». А ниже подзаголовок: «Как мы взяли Северную стену». «Мы» – это значит не мы, другие. Кто – не важно. Другие! Не мы с тобой, понял? Я тебе книжку показываю, а ты, Тони, даже взглянуть не хочешь.

И молчишь, прямо как сейчас. Представил?

И сам представил, даже увидел: и цветную обложку, и Эйгер во всей красе, и чьи-то веселые лица – прямо под названием. Не выдержал, застонал. Если сейчас они не пойдут, если не рискнут головами – Himmeldonnerwetter! – зачем вообще доживать до этого 1966-го?

Поглядел во тьму, улыбнулся горько:

– Дело твое, Тони. Только просьба у меня к тебе будет. Когда помру, скажи, чтобы на кресте могильном написали: «Андреас Хинтерштойсер, который не взял Северную стену».

А о себе что хочешь пиши, все равно надпись эта – про нас двоих.

Махнул рукой, за стальную спинку кровати взялся, чтобы обратно на свою верхотуру мочалить…[40 - Здесь и далее персонажи (и автор вместе с ними) используют сленг скалолазов.]

Среди туманных гор,

Среди холодных скал,

Где на вершинах дремлют облака…

Как расслышал, сам не понял. Тони не пел – дышал. Если слов не знать, ни за что не угадаешь.

…На свете где-то есть

Мой первый перевал,

И мне его не позабыть никак.

Исчез казарменный сумрак. Ледяное солнце Эйгера ударило им в глаза.

Мы разбивались в дым,

И поднимались вновь,

И каждый верил: так и надо жить!

Ведь первый перевал –

Как первая любовь,

А ей нельзя вовеки изменить!

4

Тяжелый бронзовый фонарь над входом в ресторан манил уютным желтым огнем. И название прельщало – «Георг», просто и коротко.

Всякий, кому довелось мир повидать, знает: чем ресторан хуже, тем претенциозней вывеска. Скучавший у дверей швейцар тоже понравился: солидный, седатый, с роскошными усами – вылитый капитан из Кёпиника, германский Робин Гуд[41 - Автор предоставляет читателям возможность самим узнать, кто это такой. Не любящие читать могут посмотреть художественный фильм (их шесть). Автор рекомендует фильм 1956 года с замечательным немецким актером Хайнцем Рюманом.].