Аргентина. Крабат

 – Не завел себе в прихожей оленьи рога – такие, как у деда висели? Oni su tamo mzhdu nachin, i dale visi.

Тот, что в рубашке, рассмеялся в ответ:

– Sam rogovi rastu!

Шляпу взял, пристроил на вешалке:

– To je neshto shto sam sanjo Krabat! Помнишь? «Крабат!.. Иди в Шварцкольм!..»

Гость, капля дождя, взглянул удивленно:

– В самом деле? Это знаешь, не слишком лояльно по отношению к Рейху. Крабат ныне отменен, как никогда не бывший. Сорбов вместе с их мифологией, да будет тебе известно, выдумал австрийский Генеральный штаб, чтобы помешать Пруссии…[50 - Автор ни на что не намекает.

]

– …Исполнить ее историческую миссию – объединить всех, в ком течет немецкая кровь. Когда мы услыхали это от одного нашего одноклассника, мы его, помнится, крепко побили…

– Ай!..

Стоящая в дверях светловолосая девочка протерла глаза, отступила на шаг.

– Д-добрый… Добрый день! Или мне лучше уйти?

Гость почесал ногтем кончик носа, взглянул снисходительно.

– Фройляйн Гертруда, насколько я понимаю? Желаете оставить своего отчима мне на съедение?

В светлых глазах вспыхнул нежданный огонь.

Девочка шагнула к Мареку, взяла за руку, вцепилась в пальцы.

– Он – мой папа, ясно?

– Ну, тогда, здравствуй, племянница!

* * *

Капли дождя неотличимы на глаз, но одна все равно упадет на землю раньше. Близнецы родились с разницей всего в несколько минут. Тому, кто появился на свет первым, акушер повязал на запястье красную нитку.

Старшего назвали Отомаром в честь мудрого и справедливого короля сказочной Липарии.

Роман «Всеобщий мир» голландца Людвига Куперуса очень нравился отцу. Младший стал Гандрием. Дальний родственник, бабушкин дядя Гандрий Зейлер, был автором слов сорбского национального гимна.

Имя – Судьба. Но и Судьба способна шутить. Носивший сказочное имя не любил сказок. Тезка одного из отцов сорбской нации предпочел стать немцем.

– Харальд Пейпер, прошу любить, жаловать и в дальнейшем не путать!

– Кто же таких у нас любит, брат?

– У нас – нет.

Но мы же едем в Берлин!

Приехав в столицу, братья расстались на вокзале Зюдкройц и с тех пор виделись редко. Отомар-Марек устроился в театр-варьете, знаменитую «Скалу», на должность помощника машиниста сцены. Гандрий-Харальд не спешил искать работу. Бегал по демонстрациям и митингам, присматривался, внимательно слушал – и наконец записался в «Югенбунд»[51 - Нацистский молодежный союз.].