Век-волкодав

Вид у него при этом был, словно после съеденного пайкового лимона.

– Слюшай, Зотова! А почему ты за деникинский дочкой не следишь? У нее по русскому языку – сплошные, понимаешь, тройки. А еще в гимназии училась.

Кавалерист-девица решила не провокацию не поддаваться, но все-таки не сдержалась.

– А ты бы, товарищ, учебники для начала сравнил. В гимназическом все на месте, а в этом, новом, даже причастных оборотов нет. И на шкрабов[9 - Шкрабы – школьные работники. Принятое в те годы сокращение.] поглядел бы, они из тех, что «корову» через «ять» пишут.

Подумав немного, вздохнула:

– Вины своей не отрицаю. Мы уже с Наташкой насчет дополнительных занятий договорились. А про Деникина-гада слушать даже не желаю. Не дай бог при девке скажете, я вам эти шуточки без солидола кой-куда вкручу.

На узких губах «меньшевика» проступило нечто, издали напоминающее улыбку.

– Страшная какая, да? Сыроежкин, спроси у гражданки почему она так себя с ОГПУ ведет? Мы таким враз горло ломаем.

У симпатичного парня и фамилия оказалась под стать. В попугая Сыроежкин играть не стал, лишь взглянул выразительно. Бывший замкомэск даже ухом не повела.

– Сначала, граждане, мандат, а потому уже вопросы. Или без Дзержинского у вас на Лубянке службу забыли?

– Какой бюрократ, слюшай, – восхитился «меньшевик». – Бумажкам верит, людям не верит.

Сырожкин, шагнув вперед, достал из глубин полушубка книжицу в красном сафьяне.

– Прошу!

На фотографии товарищ оказался еще симпатичнее да и моложе на пару лет. А вот должность занимал такую, что Ольга едва удержалась, чтобы не присвистнуть.

– Ничего себе! Да что случилось-то, товарищ заместитель начальника оперативного отдела Главного Управления?

Сыроежкин молча развел руками. Ольга, спрятав мыло в портфель, достала свое удостоверение на хрустящей пергаментной бумаге. Заместитель начальника сам смотреть не стал, отнес «меньшевику».

– Это мы, Зотова, у тебя спросить должны. Ты же руководитель группы при Техсекторе ЦК. А здесь чего делала?

– Мыло покупала, – буркнула девушка. – А с прочими вопросами в ЦК обращайтесь. В письменном виде и в трех экземплярах.

«Меньшевик» вновь скривил губы, Сыроежкин же укоризненно покачал головой.

– Это наша операция, Ольга Вячеславовна. Вмешательство со стороны может все погубить.